– Или, может, дунуть хочешь?

Парня точно надо было как-то расслабить, иначе в него и палец-то не введешь.

– Дунуть? – прищурился Гидеон, – Ты наркоман? – он поднял брови. – А что есть выпить? – все же спросил он, понимая, что слишком психует.

– Нет, я не наркоман, – он закатил глаза. – Я тебе не белый предлагаю, а травку, между прочим, очень хорошую. Выпить есть вино, ликер, шампанское, джин, ром, виски, текила, водка. Абсент вроде оставался.

– Я… а от травки в сон не потянет? – спросил Гидеон, потому что на алкоголь он чаще всего реагировал именно так. Не то чтобы он часто пил, но бывало.

– Ну меня обычно не тянет, – ответил Макс и, выдвинув потайную полочку, взял с неё пакетик и пачку специальной бумаги. – Садись, – он кивнул на диван, устроился рядом и за минуту ловко скрутил джойнт.

Гидеон немного напряженно сел рядом.

– Давай договоримся. Никаких видеозаписей и компроматов, – сразу сказал он. – Честная сделка, секс за деньги и все, – подчеркнул он, прежде чем взять из его рук самокрутку.

– Да не вопрос, – Макс пожал плечами и поднес ему зажигалку. – Хотя, если мне понравится, я мог бы рассказать о тебе кому надо, стал бы приличное бабло зашибать, – хмыкнул он.

– Затягивайся.

Гидеон осторожно затянулся теплым сладковатым дымом и выдохнул клубы плотного, почти белого цвета.

–…я не собираюсь становиться шлюхой, – отрезал он, покачав головой.

– Ну и формулировки у тебя, – хмыкнул Максимилиан и, забрав у него самокрутку, неспешно глубоко затянулся. – Но дело твоё, – ему было глубоко похуй, что будет с этим парнишкой потом.

– А как еще это можно назвать? – спросил он, ощущая, как кажется ловит приход от травы. Напряжение уходило, но и сонливость тоже.

– Да не важно, – Максимилиан отмахнулся и протянул парнишке самокрутку, а когда тот затянулся, сжал пальцами его подбородок и поцеловал, глядя прямо в зеленющие глаза.

Поцелуй застал Гидеона врасплох, и, если бы не самокрутка, он, наверное, бы задергался и отстранился. Но так он позволил поцеловать себя, с трудом вспоминая, когда целовался до этого. Выходило что лет в тринадцать, и совсем не всерьез.

Ощутив, что Гидеон расслабился, Макс скользнул пальцами на его шею и углубил поцелуй. В тот же миг он с абсолютной ясностью осознал, что этот раз – не последний, потому что он хочет, чтобы парнишка отдался ему добровольно, а не под травкой.

Гидеон закрыл глаза, чтобы как-то отвлечься от происходящего. Он словно плыл на мягких волнах, и поцелуи были довольно приятными, мягкими и расслабляющими. К тому же в перерывах они снова затягивались джоинтом, и этот извращенец затянулся сам, а дым выдохнул в поцелуе. Никогда не пробовавшего раньше травку Гидеона накрывало действительно быстро и сильно.