Жасмин, что скоро у меня появится еще одна правнучка.

Бирюзово-голубые глаза Жасмин блеснули.

— Договорились! — И она снова задохнулась от боли.

— Тужься, девочка! — приказала Эйбхлин. — Тужься! Жасмин свирепо посмотрела на нее, но сделала, что ей велели, вложив все свои силы. К облегчению, она почувствовала, что ребенок покидает ее тело и схватки затихают.

— Молодец! — похвалила ее Эйбхлин. — Еще одно усилие, и все будет кончено. — Она повернула ребенка, который появился на свет уже по плечи, и осторожно распутала намотавшуюся на шейку пуповину. — Ничего опасного, — повернулась она к сестре.

 — Запуталось неплотно. Но я так и чувствовала.

— А-а-а-а! — закричала Жасмин и натужилась снова. Ребенок выскользнул из ее лона и почти в ту же секунду заплакал. Умение и быстрота, с какими работала Эйбхлин, поразили Скай. Она отерла ребенка от крови, очистила ротик от слизи, потом передала прабабушке, перерезала и аккуратно перевязала пуповину.

— С тебя, дорогая, золотая монета, — сообщила она Жасмин, пеленая девочку.

— Дай мне ее посмотреть, — попросила Жасмин. — Она похожа на Рована? На него похожи и Индия, и Генри.

— Мне кажется, она похожа на тебя, — ответила Скай, передавая внучке ребенка. — Как ты ее назовешь?

— Фортуной, — отозвалась Жасмин. — Злая судьба отняла у меня ее отца. Но предыдущей ночью мы, по счастью, любили друг друга. Это удача, что я смогла ее зачать. Пусть она будет Фортуной Линдли. И хотя я и воспитаю ее в англиканской вере, крестить ее будет отец Куплен, и его порадует, если я добавлю имя Мэри. Леди Фортуна Мэри Линдли. Как звучит, бабушка? Тетя Эйбхлин?

— Хорошее имя, — согласилась Скай и, отвернувшись, вытерла глаза.

 — Я становлюсь сентиментальной старухой, — проворчала она. — Но рождение ребенка вызывает во мне удивление и трепет.

— Не могу и вспомнить, скольких детей я привела на этот свет, — ответила ей сестра, — но и у меня, Скай, возникают те же чувства.

Жасмин взглянула на девочку и признала, что бабушка права: в ней ничего не было от Рована, но Фортуна была еще так мала, и судить еще рано. Ребенок уже не кричал — девочка сонно смотрела на мать. Жасмин улыбнулась дочери:

— Добро пожаловать, леди Фортуна Мэри Линдли. Жаль, что ты не узнаешь своего отца — он был замечательным человеком, но я и мои родные будем любить тебя всей душой.

— Дай ее мне, — проговорила Скай. — Рохана, Торамалли и весь дом не дождутся, чтобы увидеть ребенка. Ты была в родах весь вчерашний день и всю ночь. Но теперь утро, и я уже слышу за дверью Индию. Ей хочется посмотреть сестричку.

Рохана и Торамалли, которые, хотя и были во время родов в спальне госпожи, сидели там без дела, а теперь подошли посмотреть ребенка.

— У нее такая же родинка Моголов, — заметила Торамалли.