– А, вот, вспомнил – состояние аффекта?

– Состояние аффекта тоже не появляется на пустом месте. Человек должен пережить в этот момент сильное потрясение, получить такой стресс, что мозги просто отключаются, – снова возразила Лера. – А какой стресс или потрясение мог получить Чернов, будучи в глухом лесу? Телефона у него при себе не было. Вы мне сами сказали, что во время охоты их положено оставлять на базе, чтобы неожиданный звонок не спугнул зверя. Значит, неожиданный звонок и сообщение, которое могло бы вызвать стресс, исключаются. А что же тогда могло так испугать Чернова, что он вдруг в одночасье решил расстаться с жизнью? Медведя увидел? Тогда бы он в него и стрелял, а не в себя. Вы со мной согласны, Юрий Александрович?

– Согласен, конечно, – снова как-то неуверенно ответил хозяин дома. – Только, повторяю, я не могу быть экспертом в таком деле. Я, к сожалению, не психолог, чтобы разбираться в странных проявлениях человеческих эмоций, я всего лишь банкир, – развел он руками.

– Напрасно, – заметила Валерия. – Сейчас очень актуально изучать психологию, особенно руководителям, под началом которых работает большой коллектив. Как в вашем банке, например."

"– Я обязательно прислушаюсь к вашему совету, Валерия Алексеевна, – улыбнулся банкир. – И пойду на курсы по психологии, как только появится время.

– Итак, на чем мы с вами остановились, Юрий Александрович? – вернулась Лера к прерванной теме. – Мог ли человек, который собирался уйти из жизни уже на следующий день, строить планы на Рождество?

– А может, про «Диснейленд» он специально говорил, чтобы не выдать себя? – выдвинул Кирсанов очередную версию.

– Конечно, все может быть, только в это слабо верится. И потом, зачем же ему нужно было вводить вас в заблуждение? – вскинула Валерия брови. – Зачем он это делал?

– Ну, он же наверняка был в курсе, что его семья не получит никакой страховки, если он уйдет из жизни намеренно. Вот и…

– Вы сами-то верите в то, что сейчас говорите, Юрий Александрович? – усмехнулась Валерия. – Человек тщательно подготавливается, чтобы все выглядело, как несчастный случай, а на самом деле…. Разве можно быть уверенным, что все получится? Нет, это совсем не похоже на правду.

– Но почему? – удивился банкир. – Два миллиона долларов – это очень серьезная сумма, ради которой можно и спектакль разыграть.

– Я бы с вами непременно согласилась, если бы речь шла не о жизни человека, а о чем-то другом, – возразила детектив. – Играть спектакль со смертью – это… простите меня, извращение какое-то. Вадим был похож на больного человека?

– Нет, – очень уверенно ответил Кирсанов. – Более здорового и трезвомыслящего человека, чем Вадим, трудно себе представить.

– Ну, вот видите, – развела Лера руками.