Она невероятно прекрасна, настолько, что смотреть больно. Меня ломает, выкручивает от этой боли. Никогда не замечал в себе склонность к мазохизму, но сейчас это именно он. Чем проще трахнуть девушку, вместо того чтобы мучить и ее и себя неудовлетворенным желанием? Но я хочу раскрыть чувственность, которая когда-то буквально выливалась из нее… Которая сейчас запрятана черти куда, черт знает почему. О причинах узнаю позже. Сейчас меня захватывает другое.

Обхватываю запястье Вилены. Кладу ее ладонь на клитор. Вздрогнув, девушка распахивает глаза, смотрит на меня непонимающе.

— Попробуй, какая ты мокрая. Ты когда-нибудь касалась себя вот так?

Смотрит ошеломленно, мотает головой отрицательно.

— Так попробуй. Почувствуй свое желание.

По телу девушки пробегает дрожь, она пытается отодвинуться.

— Тебе нравится, — констатирую факт, который она пока не способна принять. — Просто расслабься.

Продолжаю растирать по клитору ее влагу, надавливать, играть с ее плотью. Вилена тяжело дышит, прерывисто, сладко. Ее пальцы скользят по клитору, и это самое прекрасное, самое возбуждающее что я видел когда-либо в своей жизни.

Так чувственно, блядь, что у меня сдают нервы.

— Ты течешь, девочка. Потом тебе будет так же хорошо, когда внутри будет мой член. Склоняюсь ниже, провожу языком по торчащим соскам, острым и твердым, одновременно ужесточая ласки снизу. Обхватываю губами торчащий сосок, втягиваю в рот, с наслаждением слушая стоны и крики Вилены, которая бьется подо мной, насаживается на мои пальцы.

— Кончай, — рычу в ее приоткрытый рот, оставив в покое соски. Давай, девочка.

Вилена словно ожидала моего приказа, издает приглушенный стон мне в губы, ее влажные от соков пальцы впиваются мне в плечи, начинает дрожать всем телом, влажная, мокрая от пота, сжимает мою руку своими ногами так сильно, словно хочет сломать.

Такие долгие конвульсии. У девочки потрясающе длинный оргазм, после которого она обессиленно замирает.

— Тебе понравилось?

Мотает головой, не в состоянии говорить.

— Здесь нечего стесняться.

— Это… унизительно, — выдает слабым шепотом.

— Нет. Ты ошибаешься. У меня нет цели унизить тебя. Я хочу, чтобы тебе понравилось.

— Ты… одет.

Я раздета… — губы дрожат, когда она это произносит. А у меня блядь одна только похоть в голове, представляю эти пухлые губки на своем члене.

— Это унижает тебя? Хочешь, чтобы мы поменялись местами?

Вряд ли она хочет этого. Но меня уже не остановить.

Вилена молчит. На долю секунды замечаю в ее глазах вспышку. Это заставляет принять окончательное решение.

Щелкаю пряжкой ремня, встаю и сбрасываю с себя брюки вместе с трусами.

— Теперь мы на равных. Ты можешь сделать так, чтобы мне тоже понравилось.