Глазищи, как у испуганной лани. Дурак он… Ой, дурак. Не так надо было!

– Справилась, Манюнь? – теперь ее нужно успокоить. Голосом, лаской, да как угодно…

– Угу, – выдыхает, облизав губы.

– Хорошо, – прижав Маню к себе, Брага разворачивает ее лицом к отделанной камнем стенке. Распластывает по ней ее ладони своими. Осторожно тянет вверх банный халат, в который Марфа переоделась, оголяя упругие ягодицы. – Выгни спинку. – Целует в шею. Маню бьет крупной дрожью. По коже расходится пугливая рябь. – Все будет хорошо. Ты мне веришь?

Медлит… Медлит. От напряжения едва не подпрыгивая.

Но все же прогибается, выпячивая попку и чуть шире расставив стопы.

– Да…

Брага выдавливает на пальцы предусмотрительно купленную смазку и принимается осторожными круговыми движениями втирать. Дрожь Мани – заразная штука. Он ввинчивает в нее палец, тянет, а его самого колотит. Спина взмокла от напряжения.

– Расслабься. – В ответ на команду Маня хнычет. – Расслабься. Не сопротивляйся. Впусти… Да. Вот так.

Он в полубреду. Как будто в первый раз все. Или в последний. В глазах темнеет, в затылке тянет, в груди сводит, что ни вдохнуть. Взять бы себя в руки, так заняты.

Брага добавляет второй палец. Манюня скулит и на носочках приподнимается вверх, чтоб соскочить, но черта с два.

– В смазке анестетик. Чем больше я в тебя его вотру, тем безболезненнее все пройдет. Шуметь можешь сколько угодно. Дергаться – нет.

Он не узнает свой голос. Он себя не узнает. Он сам не знает, откуда в нем это терпение, когда она на одной высокой ноте стонет… Нет.

– Ну, вот. Кажется, все. – Арсений убирает руку, но не дает Марфе выпрямиться. – Остался последний штрих. – Вынимает из кармана пробку.

– Ч-что ты…

– Потужься немного.

Игрушка подготовит твои мышцы…

– Я не уверена, что…

А Брага ведь краем ходит. Он определённо не в том настроении, чтобы спорить. Да и в принципе, чтобы ей все объяснять – не в том. Арс обжигает ее ягодицу болезненным шлепком. Маня, естественно, от неожиданности вскрикивает. Мышцы на секунду расслабляются. Это ему и нужно… Он проталкивает в нее пробку и, пока очумевшая Манюня не пришла в себя, притягивает ее к себе за горло.

– Вот и все. А ты боялась, – покусывает ухо.

– Ты меня ударил!

– Только чтобы расслабить.

Вот смотри, оно ведь не больно совсем? Но сколько бы мне пришлось потратить времени, чтобы убедить тебя в том, что это так?

– Дискомфортно, – шепчет Маня.

– Ничего, ты быстро привыкнешь. Со временем она будет по чуть-чуть увеличиваться."

"Арс возвращает халат Мани на место и осторожно поворачивает ее к себе. Паника в ее блестящих глазах такая… сладкая. Он готов пить ее, он готов жрать… Ее эмоции. Всю ее. Ч-ч-ерт.

– Что значит, увеличиваться?

Тихо посмеиваясь, Брагин касается влажной щеки Мани костяшками пальцев.