Арсений злится. Его злость ощущается как что-то реальное, имеющее вес и плоть. Марфа, что отодвинулась от него подальше, как только зазвонил телефон, пододвигается вновь вплотную. Кладет руку на вздымающуюся в рваном ритме грудь и принимается осторожно поглаживать в попытке успокоить разбушевавшегося зверя.

– Извини. Я думала, что, может, хоть так смогу поучаствовать в твоей жизни.

– Не понимаю, зачем тебе это понадобилось спустя столько лет. Я уже сто раз говорил, что тебе не удастся вытащишь из меня ни копейки!

– А я сто раз тебе отвечала, что не нуждаюсь в твоих деньги. Мне вполне хватает своих.

– И это возвращает нас к вопросу о том, что тебе от меня надо.

– Да ничего. Ты вообще меня слышишь?! Я просто хочу общаться со своим сыном и внуками.

– Как-то припозднилась ты с этим желанием. Не находишь? А с внуками вообще выходит какой-то фальстарт. Или же я чего-то не знаю, и у тебя кроме меня есть другие дети?

– Нет, Арсений. К сожалению, ты мой единственный сын. Но если ты откроешь соляр, который я тебе прислала, и сделаешь из него выводы, у меня есть шанс стать бабушкой для целого детского сада. – Салон машины наполняет тихий приятный смех.

– У тебя все? – сощуривается Брага.

– У меня да. Не буду тебя отвлекать. С днем рождения, сыночек.

Брагин вырубает связь и резко поднимается, несмотря на то, что головка Мани так и лежит у него на груди. Вновь жужжит дверца бара. Арсений берет стакан и плещет себе выпить. Да уж. Похоже, у него не сложилось с обоими родителями сразу. Но если в случае с упырем Марфа вполне понимает Арса, то в случае с матерью…

– Значит, ты правда даже не заглянешь в этот, как его…

– Соляр. Нет, не загляну.

– Хм… А можно мне посмотреть?

– Это еще зачем?"

"– Ну, во-первых, мне просто интересно. А во-вторых, как-то, знаешь ли, боязно спать с мужиком, которому в ближайший год целый детский сад нагадали.

Брага давится вискарем. Слезы брызжут из глаз. Несколько секунд он, открыв рот, пялится на Марфу, а потом презрительно кривит губы:

– Как будто ты бы упустила шанс от меня родить, предоставь я тебе такую возможность.

– В каком это смысле? – Марфа хмурится. Подбирает под себя ноги. – А-а-а, думаешь, любая спит и видит, как бы от тебя залететь?

– Не думаю. Знаю.

– Ну, может быть, другие… А у меня на этот счет своя точка зрения.

– Неужели? – Брагин отставляет стакан. – И какая же?

– В качестве отца для собственного ребенка я бы выбрала мужчину помоложе.

– Чего?

– Не в обиду сказано, но тебе сорок один… Ты на шестнадцать лет меня старше и…

– Кажется, кому-то хочется на собственном опыте убедиться, что я еще о-го-го? – Сощуривается.

– Это бесспорно. Уверена, как любовник, ты меня удивишь. Но, видишь ли, в вопросах продолжения рода твоя… э-э-э… выносливость не имеет никакого значения.