Быстро оглядываюсь вокруг в поисках направления для побега. Вокруг забор, мы во дворе чьего-то дома, ворота закрыты. За оградой видны только макушки деревьев и крыши других особняков. Мы на Элитке.

Плохо. У меня нет шансов отсюда выбраться, а полиция не будет просто так вламываться в эти дома. Да и кто меня искать будет. Пока мама не вернется, никто не спохватится.

— А ну пошла вперед, шмара, — Ярослав указывает мне направление пушкой. — Быстро в дом! Нечего тут светить!

Не дождавшись от меня мгновенной реакции, он пихает меня в сторону особняка.

— Пошли, пошли.

На двери кодовый замок. Стоит двери открыться, как в нос ударяет странный запах. Не могу разобрать, чем конкретно пахнет, кроме моющего средства, но эта вонь вызывает у меня рвотные позывы.

— Что? Не нравится? Это ненадолго, — агрессивно обещает мне Каплин. — Привыкай, это теперь твой дом.

Он мерзко гогочет, а меня начинает колотить.

Что это за место?

Мне кажется, или из темноты до меня доносятся плачь и стоны?"

"Каплин кладет свободную от оружия руку мне на шею и ведет меня куда-то в эту жуткую темноту, ориентируясь, видимо, по памяти.

— Не бойся, скучать не придется, — он убирает пистолет снова за пояс, но моя надежда убежать сейчас умирает в муках. К нам навстречу выходит тот подонок с мертвыми глазами. — Вот и дружок для тебя нашелся. Он тебя так ждал!

Любитель удавок глумливо посмеивается.

— Я второй буду у тебя, детка! После меня тебе будет уже все равно, кого обслуживать.

Меня пробивает озноб.

Они тащат меня дальше и останавливаются напротив одной из комнат. Каплин распахивает дверь:

— Можешь посмотреть, что тебя ждет. Что ты рожу воротишь? — он сдавливает мне шею, заставляя повернуться. — Смотри!

Когда я зажмуриваюсь, второй ублюдок дергает меня со всей силы за волосы, и мне приходится посмотреть на то, что происходит в комнате.

Сквозь выступившие от боли слезы видно плохо, но все равно мне позволяют рассмотреть, как развлекаются четверо неизвестных мне уродов.

Они никак не реагируют на наше появление.

Двое нависли над плачущей девушкой в ошейнике и заставляют ее опуститься на огромное дилдо, один с силой тянет ее вниз, а другой подрачивая водит членом по ее лицу.

— Она задолбала рыдать, заткни ей рот! — командует первый. И второй, недолго думая, зажимает девчонке нос, а когда она открывает рот, чтобы глотнуть воздуха, просовывает туда член.

Прямо рядом с ними еще одну девушку с залитым слезами лицом на весу имеют еще двое. Она уже только всхлипывает и скулит.

— Ты будешь умолять о том, чтобы жить именно в этой комнате, — шипит мне в ухо Каплин. — Но уж я постараюсь, чтобы ты переехала в соседний номер.

И он подводит меня к другой двери.