Садится за руль внедорожника и хлопает перед моим носом дверью, газует, а я смотрю, как тонированный автомобиль стартует, унося прочь мужчину и надежду на решение моей проблемы…

А мне почему-то становится так обидно и больно…

Не знаю, почему его отказ задевает.

А на что не согласился-то?!

Что именно я предлагала?

Я ведь про машины говорила, а кажется, что он мне как женщине отставку дал. Не впечатлила. Не затронула. Ну как бы я и не надеялась. Тут птица иного полета и партнерш себе выбирает лучших.

По нему видно. Во всем есть незримое превосходство и пресыщенность.

Между нами овраг в социальном статусе…

Глава 5

Опять начало накрапывать. Я стою на трассе под дождем. Мимо проезжают машины, все по делам, кто домой после работы, кто отдохнуть с друзьями, а я дрожу, сцепив зубы, и обнимаю себя руками в беспомощной попытке найти внутри силы.

Почему сложности преследуют и ничего не дается легко? Все через кровь, через боль, через дикое желание выжить.

– Почему все так, а?

Задаю свой вопрос в никуда, зубы отбивают ритм, и я чувствую, как волосы мокнут, прилипают ко лбу, а перед глазами словно выжженное на сетчатке лицо жесткого   восточного мужчины с хищными чертами.

В принципе, он поступил со мной, с одной стороны, весьма милостиво… Много историй слышала, как подобные богачи и властители берут за провинность практически в рабство.

А Кириан отпустил, и я не пойму, было ли это доброй волей или просто не захотел морочиться.

Хотя, бежать нужно от таких. Слишком в нем сильно чувствуется мужское начало. Он доминирует.

Дрожу и возвращаюсь к покореженной “Хонде”, кладу ладонь на мокрый исцарапанный до мяса капот:

– Ну что, подруга, тебе тоже не повезло?..

Пальцы пробегают по царапинам, а мне кажется, что это я сейчас такая, как этот изодранный хищником автомобиль.

Меня жизнь полосовала острыми когтями, рвала все мечты и уничтожала надежду. А я все продолжаю карабкаться. И на чем только еще держусь? Упрямая. Всегда была такой. Жить хотела. Победами грезила…

Все пыталась построить кусочек счастья. Островок надежности. И в этом не преуспела. Пока строила быт, связывала концы с концами, мой благоверный предпочел бутылку.

Долго же я сопротивлялась, упорно не желала видеть того дна, на которое мы скатывались день ото дня.

Два спортсмена. Два неудачника с порушенной карьерой.

Когда-то мое имя было у всех на устах. Очень давно я была звездой олимпийской сборной по спортивной гимнастике.

Я была Изабель Фостер.  Единственной гимнасткой, сумевшей повторить сложнейший запрещенный элемент Ольги Корбут.

Я та, которая сделала “прыжок бездны”. Смертельный трюк.

Та, которой рукоплескал стадион…

Я должна была принести команде олимпийские медали, но… не случилось.

Вот и все.  Свет погас.