От нервов внутри уже ничего не осталось, держусь на честном слове, но с каждым часом ощущаю, что вот-вот и от меня ничего не останется. Наверное, так будет лучше всем. То, как мужчина отстранился последние дни, говорит само за себя. Приелась моя неопытность, скованность… и это правильно. Сейчас, как никогда, стало очевидно, насколько мы из разных миров. А ведь параллельные прямые не пересекаются. Где-то в системе произошел сбой, и мы пересеклись, но сейчас сама природа возвращает на круги своя то, что правильно.

Не хочу совершать прошлых ошибок. Хочу поговорить с Давидом, но он, только выгрузив вещи, сразу уезжает. У него такая работа, что выделенный отпуск сродни чуду. Может быть, хорошо, что уехал. Мне надо собраться с мыслями.

На автомате занимаюсь девчатами. До чего они непосредственны в своих чувствах и открытости! Как же хочется этой легкости для себя. Чтобы не думать, не анализировать, не бояться ошибиться.

Уложив девочек, задумчиво смотрю на бегающего щенка. Так подрос. Ловлю в стекле свое отражение. Влад раньше говорил, что в моих глазах горит огонек. Сейчас я вижу только, что ни огонька, ни блеска… словно потухла. Для чего я в этом мире, за что? Чем так нагрешили мои родители, что я расплачиваюсь? Лучше бы убили в том подвале, чем проходить еще раз всю темноту и пытаться собрать себя снова. Раньше было легче, потому что я была еще не очень взрослой и много чего не понимала. Но чем старше становлюсь, тем осознаннее всё воспринимается.

Знаю, что это моя боль и моя судьба и не в праве портить никому жизнь. И уж тем более, не хочу никакой жалости. Вопреки здравому смыслу позвонить родному брату, набираю номер Тимура и прошу его приехать. Он знает всё с самого начала, а мне так нужна чья-то поддержка. Я не справляюсь. Даже в голову не приходит поговорить с Давидом. За эти дни он стал словно… словно чужой? И только вечера, когда он прижимает к себе, напоминают о прошлом. Уже прошлом. Та, счастливая девочка из прошлого, которую я встретила у порога деревенского домика, возвращается к себе. В прошлое. Где ей и место.

Тим приезжает быстро и странно взъерошенный. Спрашиваю, что с ним, получая в ответ острый взгляд и целую тираду, как он мчался, когда я позвонила. Стирает со щек слезы, и только в этот момент понимаю, что всё это время они текли. Ещё эта слабость. Да, я снова ничего не могу в себя запихнуть. Мысленно машу рукой.

— Сашка, выкладывай. Я уже столько всего передумал, пока ехал.

Устраивает под боком, заставляя поднять на него голову. Рассказываю всё, как на духу. Все мысли, выводы. Вообще всё, сто происходит. Жду, что будет ругаться или пожалеет… но Тим молчит, смотря сквозь меня.

— Малышка, малышка… Тебе надо все свои сомнения проговорить с Дейвом. Он взрослый умный мужик, все поймет.