Названия блюд, которые мы заказывали, почему-то не осели в моей голове. Главным было то, что все они были удивительным образом приготовлены. И то, что казалось курицей, на самом деле таковой не являлось. Я, как сладкоежка, особенно запомнила бананы в тесте и сахарном сиропе. Мои алые розы были еще одним несомненным украшением стола. Предупредительный официант сразу принес вазу с водой, и я не могла не оценить сервис этого заведения. Все для посетителей. Я сразу перенесла свои впечатления на собственные планы в отношении «Феникса». Мы тоже стараемся быть лучшими и будем.

Нас уже называют одним из престижнейших салонов, а пройдет немного времени, и мы станем просто лучшим.

— О чем задумалась? — спросил Нилов.

— Ты не поверишь, я думала о своей работе.

— Поверю. Со мной такое сплошь и рядом случается. Мы с тобой — рабы своего дела. Что бы мы ни говорили, а работа у нас на первом месте.

— Ну, не знаю, — лукаво улыбнулась я, подумав о себе, что для меня на первом месте стоит мое тело. Если оно удовлетворено, тогда и работа, и отдых, и радости, и неприятности — все это крепкая логическая цепь, каждое звено которой — отработанный механизм.

Стоит мне позволить своему телу ощутить муки одиночества, стоит мне оказаться вне зоны повышенного мужского внимания — я хирею и меньше всего в такой момент думаю о работе. Я не собиралась признаваться в этом Артему. Он все еще оставался для меня загадкой.

Я не могла раскусить его, не могла до конца понять, что означает этот ужин. Слишком спокойно, даже равнодушно вел себя мой кавалер. Он был предупредительным, но порой излишне вежливым. Словно он искал и еще не мог найти, в каком ключе хотел наладить общение со мной.

Может, дело во мне? Я веду себя так, что ко мне трудно подступиться? Это я могу. Могу быть доступной, могу быть недоступной, как самый крутой компьютерный пароль. Все зависит от соотношения баланса между силами душевными и уровнем гормонов в организме. В настоящий момент я была вовсе не против переспать с этим интеллигентным, образованным мужчиной, весь вид которого говорил о том, что и он знает себе цену. Несколько оброненных им фраз навели меня на мысль, что такому товарищу на самом деле стоило немалых сил назначить мне свидание. Кажется, при всей своей самостоятельности, уверенности, некоем апломбе, Артем — противоречивое существо. В нем столько нестыкующихся качеств, которые заметны при первой же встрече. Что же откроется мне потом? Если оно вообще будет, это «потом».

Мы провели в ресторане более двух часов. На фоне ненавязчивой китайской музыки мы вели разговоры ни о чем. В какой-то момент я решила, что Нилова мне послало само провидение, как компенсацию за отсутствие рядом Васьки.