Мне хотелось быть свидетельницей того, что хотя бы у них все благополучно складывается. Я не собиралась отказываться и от собственного счастья. Только я совсем запуталась.

Перейдя на девичью фамилию, я сжигала мосты, связывающие меня с прошлым. Я решила, что мужчина, за которого я, быть может, выйду замуж в очередной раз, должен быть идеальным. Список требований к нему был внушительным. Я не поленилась записать его и показать Ваське. Она долго читала, жевала губами, а потом многозначительно изрекла:

— По-моему, ты больше не хочешь замуж.

Вася хорошо меня понимала. Она была права.

В то время это желание напрочь отсутствовало в моих перспективных планах. Но жизнь идет, времена меняются. Не меняемся только мы, как это ни прискорбно. Бесенок, живший где-то внутри меня, подливал масла в огонь моей страстной натуры. Я жаждала секса, новых впечатлений, но без всякого вреда для своего израненного изменами и ошибками сердца. Моя теория значения секса в жизни современной женщины могла бы никогда не возникнуть, не будь у меня столь обширного материала, подтверждающего ее истинность. Пока у меня не было настоящей соратницы: Васька была замужем, Варька подняла бы меня на смех. Но меня мое одиночество не приводило в отчаяние. Я даже стала привыкать к нему."

"И тут произошло то, чего я не ожидала: моя Василиса развелась с Шуриком. Она находилась в состоянии частичного паралича: руки, ноги выполняли свои функции, а вот голова ее отказывалась переваривать случившееся. Я понимала ее как никто другой. Нужно было встряхнуть подругу, и я взялась за это, используя свое понимание выхода из кризиса. Мы с ней отлично проводили время. Прямо скажем, сперва было нелегко вытащить Васю из дома.

Она семь месяцев пребывала в каком-то оцепенении. Но потом вошла во вкус, и, в конце концов, я впервые выступила в роли настоящей свахи. Это я познакомила Ваську с ее будущим мужем. Я твердила ей о том, как ей повезло, как она должна себя вести. Я умоляла ее здравый смысл прислушаться к моим назиданиям. Правда, одновременно я показывала ей, как можно и должно проводить время свободной, не обремененной обязательствами молодой сексуальной женщине. Мы предавались нашим эротическим фантазиям на словах, а потом пытались осуществить их в реальной жизни. Получалось впечатляюще.

Есть о чем вспомнить, но главное не это, а то, что моя Вася сейчас уже не Василиса Забава. Она носит фамилию своего второго и, надеюсь, последнего мужа, от которого она родит детей, будет с ним нянчить внуков, состарится и умрет в один день. Я с удовлетворением думаю о том, что в рождении этой семьи есть и мой вклад. Пока это единственное доброе дело, которое я сделала в жизни бескорыстно. Такое возможно только в отношении близких подруг, родных людей.

А вообще, я — стерва.