— Ты боишься услышать то, что тебе не понравится?

— Зачем мне знать твое прошлое, если в нем уже ничего не изменить? Зачем мне знать твои планы на сегодня? Ведь сейчас мы вместе, и это главное. А в будущее я не заглядываю принципиально.

— А ты знаешь, что моя подруга, одна моя близкая подруга — она ясновидящая! — козырнула я.

— А один мой друг — пророк. Он так богат, что каждое его слово воспринимается окружающими как единственно верное. Если он скажет, что небо зеленое, а вода — золотая, все согласятся.

— Ты о Лузгине? — улыбнулась я, довольная оценкой, которую Артем дает своему другу, по совместительству — мужу моей лучшей подруги.

— Да, о ком же еще. Я признаю лишь такое влияние на ход событий.

— А как насчет дара Божьего? — не унималась я.

— Ну, может быть, у женщин это и проходит как дар, — сдержанный смех свидетельствовал о нескрываемой иронии к таланту моей подруги.

— Ты не веришь, — обиделась я. Меня уличили во лжи тогда, когда я была правдива, как никогда. — Я тебя с ней познакомлю. После того как она ответит на все твои вопросы, ты перестанешь быть таким недоверчивым.

— Ты забыла, что я не заглядываю в будущее.

— Хорошо, а здоровье тебя интересует?

— Я здоров как бык. Извини за банальность, — развел руками Нилов.

— Тебе не удастся быть со мной и не познакомиться с Варькой, — пригрозила я ему. — Хотя ты уже видел ее на свадьбе.

— Не видел, — Артем улыбнулся и обнял меня. — Никакой Вари, Маши, Наташи я не видел, а если и видел, то не обратил внимания. Кстати, а какого цвета платье было на невесте?

— Белое.

— Ну, разумеется.

— Ты так невнимателен? — недоверчиво спросила я.

— Куда уж мне было замечать еще кого-то, если я не сводил глаз с тебя, красавица! — откровенно признался Нилов, чем крайне удивил меня. Я-то думала, что он на меня вообще тогда внимания не обратил.

— Странно, — тихо произнесла я, наблюдая, как Артем нежно перебирает мои пальцы на руках. Он внимательно рассматривал их, как будто впервые видел вблизи женскую руку. Собственно, почему я удивляюсь? Такую идеальную руку он, конечно, видел впервые. — Скажи мне, Нилов. Почему я еще на свадьбе не почувствовала твоего интереса ко мне?

— Я тщательно его скрывал.

— Зачем? Мы могли бы уже целую неделю встречаться! — я негодовала. Вместо недели, которая прошла у меня под знаком полной гормональной депрессии, у меня мог быть настоящий секс, настоящий мужчина и отличная перспектива на будущее, в которое он так боится заглядывать! — Ты эгоист. Да, точно. Вот твой первый недостаток, который я обнародовала.

— Согласен. И учти, что он первый, но далеко не последний, — улыбнулся Нилов и таким образом ушел от прямого ответа.