Более того, они враждуют так, как никто другой, но несмотря на это ты согласилась быть его девушкой? Зачем? И, черт, ты ведь тогда намеревалась признаться Девять в чувствах. Как вообще все обернулось именно таким образом?

Опуская взгляд я до боли прикусила нижнюю губу. Ванда затрагивала очень болезненные темы и против воли я окуналась в те воспоминания, которые предпочла бы вообще вырвать из своего сознания.

Полгода назад я и правда собиралась признаться Девять в том, что люблю его.

Это являлось очень тяжелым решением. Настолько рискованным, что, казалось, именно из-за него вся моя жизнь была в шаге от того, чтобы вообще к чертям рухнуть. Помимо этого я так же трещинами могла затронуть самое ценное для себя — свою семью.

Но, когда тебя годами заживо загрызают чувства, так, что даже дышать невозможно, в какой-то момент ты доходишь до грани. И вот оказавшись на ней я больше не смогла терпеть. Изувеченная этой чертовой любовью, поняла, что с меня хватит — я признаюсь Девять и пусть будет, что будет.

На взаимность я не рассчитывала. Ее вообще не могло быть, но я ожидала, что мне хотя бы полегчает. Плюс, надеялась, что Девять после такого, постарается не сильно при мне зажимать других девушек. Чтобы в дальнейшем было не так больно. Если это вообще возможно.

Для признания я выбрала особенный для себя день — мой день рождения. Восемнадцатилетие.

Это было достаточно символично. Девять же всегда относился ко мне, как младшей сестре, а я хотела начать свое обращение к нему, с тех слов, что я уже взрослая.

Про эти мои намерения Ванда знала и поддерживала меня. Мы даже вместе подбирали платье. Опять-таки, на взаимность я не рассчитывала, но в момент своего разрушения хотела быть хотя бы красивой.

И вроде все шло хорошо. Мой день рождения. Заранее снятый коттедж и по-настоящему шумная вечеринка. Толпа людей, но среди них всех я видела только Девять.

Казалось все просто — подойди к нему, попроси вместе с тобой выйти в сад и все там ему расскажи.

Но, как оказалось, просто между нами ничего быть не может.

— Я так понимаю, ты все-таки не призналась ему в чувствах? — вопрос Ванды вновь заставил меня вынырнуть из своих мыслей.

Раньше я абсолютно все рассказывала ей. Но после того, что было полгода назад, разговоры про Девять прекратились. Я в себе закрылась, ведь думала, что, если не буду всего этого произносить вслух, будет проще забыть. Как оказалось, нет.

— Нет, не призналась, — поставив стакан на стол, я легла на пуфик и опять посмотрела на облака. — Ты же помнишь Арин?

— Конечно, помню. Это та девушка, которую Девять трахал, когда прилетал на Корсику. Но они же перед твоим днем рождения поругались и он ее бросил.