- Ритуль, - доносится до меня его слащавый голос, и я начинаю стирать зубную эмаль от злости, - может, сейчас не самое подходящее время, но я не могу больше ждать. Здесь очень красиво и достаточно романтично для такого предложения.

Этот придурок достает из кармана бархатную коробочку и у меня в прямом смысле слова на мгновение останавливается сердце.

- Ты знаешь, что я очень люблю тебя. Пожалуйста, выходи за меня замуж.

Грудную клетку с хрустом разрывает от боли, потому что в этот момент в руке лопается стакан и мелкими осколками впивается в ладонь. Я почти не чувствую этого, так же как и кровь, капающую на землю.

"Неосознанно делаю пару шагов вперед и сразу попадаю в ее поле зрения. Она выглядит растерянной и испуганной, значит, не ожидала такого развития событий. Мне от этого нисколько не легче. Она смотрит в мои глаза, а я не смею отвести свои. Смотрю до боли, даже не мигаю, до тех пор, пока глаза не начинают слезиться от сухости. Или это не от сухости?

Этот мудак продолжает что-то говорить, склонившись к ее виску, а мы продолжаем исступленно смотреть друг другу в глаза. Мне больно так, что я не могу дышать и я нисколько не скрываю этого.

Рита ему ничего не отвечает, я уверен в этом, потому что вижу, что ее губы не разомкнулись ни разу. Тогда этот урод берет ее руку и сам одевает на палец кольцо. Потом цепляет ее лицо за подбородок и целует в губы. Это невыносимо выдерживать, но я продолжаю смотреть. Зачем? Не знаю. Возможно, надеюсь, что умру от разрыва сердца. Когда эта парочка скрывается в толпе гостей, беру с подноса шампанское и залпом опрокидываю его в себя. Слабовато, конечно, но другого здесь ничего нет.

Хватаю полотенце и заматываю окровавленную руку, даже не удосужившись перед этим вытащить осколки. Плевать. Захожу в дом и все-таки нахожу мини бар. Достаю виски и принимаю в себя в качестве обезболивающего от душевных ран. Не сказать, что помогает, но в висках стучать перестает.

Выхожу на улицу, когда уже темнеет и сразу замечаю, как Суворов младший хватает Арину и тащит в кусты. Это что еще, мать вашу, за беспредел? Делаю рывок, но меня неожиданно тормозит знакомое прикосновение. Даже через ткань пиджака прожигает так, что передергивает.

- Не лезь, - жестко произносит и перегораживает мне дорогу.

- Ты в себе, вообще? – обращаюсь к этой гребаной фее и пытаюсь ее обойти.

- Не вмешивайся, - снова встает на моем пути, - им как минимум нужно поговорить.

- Он давно прохерил все свои шансы, о чем ты говоришь?

- Значит, не все. Если бы она не хотела, она бы с ним не пошла.

- То есть ему ты готова дать шанс, а мне нет?

- Ему шанс пусть дает Арина, это ее право и ее жизнь. А насчет тебя я давно уже все решила.