Если придется уехать из города, заскочить по дороге сюда, взять вещи - дело пяти минут. Сумку он оставил в при­хожей, последнее, что сделал, - вынес мусорное ведро. Словно и в самом деле готовился к отъез­ду. Позже, когда запирал дверь квартиры, не мог отделаться от чувства, что долго сюда не вернет­ся. А интуиция его редко подводила."

"Он расставил ловушку. Для Германа. Теперь главное, чтобы повезло. У Горанина есть ору­жие. Как близкий друг, неоднократно бывавший в доме, он отлично знает, где хранится пистолет Макарова. Герман прячет его в спальне, в шка­фу. На средней полке, за вещами - деревянный ящичек. Там - пистолет и патроны к нему. Гер­ман аккуратист, оружие смазано, ящичек изнут­ри проклеен тонким белым поролоном, тут же лежит кусочек замши. Замка на ящичке нет, про­сто защелка. Надо найти повод, чтобы поднять­ся наверх.

Оружие, товарищ Горанин, надо хранить на работе, в сейфе. Но вы крутой, вы любите раз­гуливать по городу с пистолетом. Несуществу­ющих бандитов ловить, которые вам якобы уг­рожают. И демонстрировать оружие друзьям, а уж тем более женщинам. По бутылкам постре­лять где-нибудь за городом, угрожающе пома­хать им перед носом у задержанного, который и без того перепуган до смерти. Но в нужный мо­мент, когда друг Зява в одиночку идет брать опасного преступника, у вас его при себе не оказы­вается.

На часах без пятнадцати восемь. С утра на всю Фабрику гремела музыка, но теперь она стихла. В городе N привыкли ходить на выборы с утра, чтобы к обеду усесться за стол и отпраздновать.

Праздничное настроение у людей создать легко: вовремя выдать зарплату, собрать толпу, поста­вить в местах скопления людей торговые палат­ки и пригласить оркестр. Так и было днем, те­перь у ДК «Текстильщик» тишина, люди давно разошлись по домам. Еще немного, и выборы за­кончатся. Наступит ночь. А город привык спать, когда решается его судьба.

Окна коттеджа Горанина светятся уже давно. Герман его ждет. И Вероника ждет тоже. Что-то сегодня случится.

Около девяти часов он отправился в Долину Бедных. Вечер был морозный, тихий. Снежные хлопья мягко падали на одежду и были так кра­сивы, что стряхивать их не хотелось. Такую бы погоду да в Новогоднюю ночь! Но не всем меч­там дано сбыться. Мечте нужно везение.

Только он открыл калитку, Герман вышел на крыльцо. Кивнул:

- Заходи.

Ему стало не по себе. Надо это делать? Но сумасшедший Горанин для города опасен. Кто знает, чьи еще фантазии придут ему в голову. Зна­чит, сделать это надо. И он поднялся на крыльцо. Отряхнул снег с одежды, потопал ботинками.

- Ты один, Гора? - спросил на всякий случай, войдя в дом.

- Да. Вера с дочкой были вчера. И внук.

- Как он?

- Орет. Но у меня на руках затих. Мать уехала в деревню. Что-то меня последнее время стало напрягать одиночество. Ты проходи в столовую.