С улыбкой кивнув, я со вздохом сказал:

— Эх, ваше высокопревосходительство, если бы всё было так просто. Я уже предупредил через газеты о том, что на броненосце ""Потёмкине"" готовится мятеж, ну и что с того? Никто ведь даже пальцем не пошевелил, а ведь жизни пятнадцати офицеров подвергаются сейчас опасности. Надеюсь, что после сегодняшнего события к моему предупреждению отнесутся очень серьёзно, а я ведь во всех деталях вижу то, что может случиться, как видел тот момент, когда заехавшие сдуру в болото французы сбросили с телег бочки с награбленным и уехали не солоно хлебавши.

Представьте себе, во Францию никто из них не вернулся. Некоторые замёрзли, некоторые были убиты крестьянами, а других вырубили гусары Дениса Давыдова. Поэтому, ваше высокопревосходительство, никаких пророчеств я писать не стану, а вместо этого буду заблаговременно либо сам приезжать в нужное место, либо посылать туда своих друзей, либо извещать газетчиков о том, что, где и когда произойдёт, а также сколько людей при этом погибнет. Вот, к примеру, мне известно о том, когда в Италии произойдёт страшное землетрясение, в ходе которого погибнет не менее ста тысяч человек. Ну, и что же вы думаете, сообщи я об этом итальянским властям или обратись к итальянцам сейчас они переселятся в другое место? Да, кто-то переселится, вот только в его дом тотчас въедут новые жильцы. Ну, ничего, я знаю, как вытолкать их из домов в нужный момент. Они из тех городов уберутся, как миленькие. Мне господь Бог ведь не случайно открыл будущее на целых пять тысяч лет вперёд и показал при этом, где в земле и на дне морском спрятаны несметные сокровища, также указал на то, что я должен сделать, чтобы над миром воссияла звезда русского гения. Поэтому, ваше превосходительство, я в точности знаю, что для этого надобно сделать и приложу все свои силы, чтобы род людской смог избежать множества бедствий. Сколько бы я не пророчествовал, без реальных действий ничто не изменится.

Московский губернатор сочувственно посмотрел на меня и негромко сказал, покрутив головой:

— Вам, сударь мой, нужно хорошенько беречь себя. У вас теперь могут появиться очень опасные враги.

Граф Игнатьев, сидевший рядом со мной, с улыбкой заметил:

— Чем мы и занимаемся, ваше высокопревосходительство.

Мы неотлучно находимся рядом с нашим давним другом и, уж, вы поверьте, мимо нас в его сторону даже муха не пролетит.

А вот как раз муха в данный момент нудно зудела у меня над головой и я, молниеносным движением поймав насекомое, сбрасывая его на ковровую дорожку, весело сказал:

— Да, я и сам не дам себя в обиду, граф.

К четырём часам пополудни все бочки не только были выкопаны, но и загружены в фургоны. Вслед за ними гости стали покидать трибуны и рассаживаться по каретам.