Для меня эти сны как напоминание, что его больше нет. По-настоящему нет. Он побежден, уничтожен и больше никому не причинит зла. Все остальное будто закрылось за специальной дверью с тяжелыми амбарными замками. Внутренняя защита активирована. У организма снова появляются на это ресурсы."

"Но как же сложно просто жить!

Вставать, готовить завтрак на нашу маленькую забавную семью из трех человек и одной толстой задницы с умными глазами. Бросать курить под ворчание майора. Вытирать пыль с полок, заправлять в стиральную машину мужские рубашки, пропитанные особенным запахом тела и парфюма. Рисовать… На альбомных листах стали появляться яркие цвета. Мои работы будто задышали вместе со мной. И я начала улыбаться. Осторожно, украдкой, но совершенно искренне, разжимая внутри себя одну натянутую пружинку за другой.

Сегодня выходной, а дома снова никого. Маша куда-то умчалась с раннего утра, а Макс сказал, что у него важная встреча, после которой меня ждет сюрприз.

Я пока не знаю, как отношусь к сюрпризам, но легкое предвкушение чего-то хорошего не отпускает.

Я впитываю в себя каждую положительную эмоцию, стараясь заполнить многолетнюю пустоту внутри. Готовлю легкий обед, все время косясь в сторону окна, за которым ярко светит теплое весеннее солнце. Весь город купается в его лучах. Они отражаются от стекол домов, играют с плывущими по высокому голубому небу облаками, похожими на барашков. Я одного такого даже нарисовала на салфетке, пока свободной рукой помешивала золотистый куриный бульон.

Мы с этим миром пока на «Вы», но я буду учиться сближению с ним, чтобы однажды у меня хватило смелости и сил сказать Максу то, что я кричала в агонии, думая, что моя жизнь закончится в том парке.

«Я люблю тебя, Макс» — пока это моя новая тайна от Марьянина. Просто к этому тоже надо привыкнуть. Я смогла полюбить…

Слышу, как в замочной скважине проворачивается ключ.

— Дома, — раздается голос, ставший родным.

Выглядываю из кухни. Макс разувается и тут же меня обнимает.

— Детка скучала? — надавив ладонями на поясницу, вжимает меня в себя. Обвиваю его шею руками, смотрю в сияющие глаза с хитрым прищуром.

— Чуть-чуть, — дразню его. Встаю на носочки и целую в кончик носа.

Макс усмехается, дернув темной бровью.

— Ты промахнулась, — подушечкой большого пальца сминает нижнюю губу.

— Нет, — кручу головой. Отросшая светлая челка щекочет лоб и частично закрывает глаза.

— Я не понял, мы спорим или целуемся? — возмущается майор.

Рассмеявшись, делаю вдох и прижимаю к его губам. Он терпеливо ждет моей инициативы. У нас теперь такая игра — я изучаю его и новую себя, а он терпит, поддерживает и направляет.

Вот и сейчас я сама плавно ласкаю его губы, смакуя горький вкус крепких сигарет. Макс глубоко дышит через нос.