Молчанов впустил и сказал, что ты здесь. Потому что не хочешь жить в доме, как все нормальные люди. Выбрала это место.

— Ясно.

Голова кружится, тело ломит в таком положении еще сильнее.

— И…зачем ты пришел?

Мне сложно сидеть вот так, прямо, и вести непринужденную беседу, осознавая, ко всему прочему, как ужасно я, должно быть, выгляжу. Хочется снова лечь.

— Да вот, — отвечает неопределенно, — тебя уже два дня нет в школе. Решил навестить.

— Ты заметил?

Он ведь перестал обращать на меня внимание, так что мой вопрос кажется мне логичным.

Королев же слегка морщится.

— Представь себе.

Замирает перед кроватью, широко расставив ноги. Теперь его внимание сосредоточенно полностью на мне.

— Вид у тебя, Савельева, прямо скажем, не очень. Простуда?

— Да.

— Что с температурой?

— Я не знаю.

Он вдруг наклоняется, и его прохладная ладонь ложится на мой лоб. Это приятно, я даже зажмуриваюсь.

— Да ты вся горишь!

Увертываюсь от его руки, отворачиваюсь.

Устраиваюсь на боку и накрываюсь одеялом с головой.

— Не подходи так близко, заразишься.

— Варя, что происходит?

— Обычная простуда, только и всего, — бурчу из-под одеяла.

— Чем ты лечишься?"

"— Жаропонижающее купила, пью чай.

Говорить удается с трудом.

Как только легла, по телу разлилась такая слабость, что хоть кто сейчас тут стой, даже Королев, не в силах и пальцем пошевелить.

Остатки разума цепляются только за одну мысль; скажи ему, попроси денег.

— Иди домой, Королев, — произношу вслух.

— Варь, я не оставлю тебя здесь, ты поедешь со мной, — вдруг слышу уверенный голос и не верю ушам.

— Что?

Нахожу в себе силы и поворачиваюсь.

— Я сказал, со мной поедешь, ко мне.

Вид серьезный, сосредоточенный.

— Нет, зачем еще!

— Собирайся.

И Королев резким движением сдергивает с меня одеяло.

Боже.

Забыв о слабости, хватаюсь за край, но он ускользает. Тогда судорожно цепляюсь за футболку и пытаюсь натянуть ткань пониже на бедра.

— Что? Ярослав! Нет. Нет, я не одета.

Парень и сам уже это понимает. Замирает и пялится на мои голые ноги ничего не выражающим взглядом. Словно в какой-то ступор впадает.

Хватаю со стула джинсы и начинаю натягивать.

Он шумно выдыхает и отворачивается.

— Дурак совсем, ненормальный!

На то, чтобы надеть джинсы и свитер, уходят все силы.

— Вещи бери с собой, если надо. Я помогу.

Подходит к рюкзаку, хватает его и сгребает туда все со стола.

— Ярослав!

— Что?

Утрамбовав все учебники, застегивает молнию.

С рюкзаком в руках возвращается ко мне, закидывает его на плечо.

— Я не могу поехать к тебе.

— Почему еще?

— Это… — не сразу нахожу подходящее слово.

— За гранью моего понимания, — признаюсь честно.

— Не болтай, лучше надевай кроссовки.

Тут он смотрит вниз и хмурится.

— Другая обувь где лежит? Я принесу.