Я уверен, что никакой столичный ловкач-адвокат не разобьет совершенно бесспорные доказательства, которые я в скором времени предъявлю вам, дамы и господа присяжные. Я убежден, что никакое красноречие и словоблудие не уведет вас от истины и вы вынесете заслуженный приговор убийце. Я закончил свое вступительное слово, дамы и господа присяжные.

— У защиты есть что сказать? — поинтересовался судья Чивородис у Мейсона.

— Пока нет, Ваша Честь, — улыбнулся Мейсон. — Кроме того, что я лично много лет знаю обвиняемого и убежден в его честности и неспособности совершить преступление, тем более убийство. Но даже если он его и совершил, а я уверен в обратном, то и в этом случае он имеет право на защиту. И я намерен эту защиту, в полном соответствии с законом, обеспечить, не взирая на всю ненависть ко мне окружного прокурора, который ради удовлетворения собственного чувства мести способен своевольно трактовать законы и обязанности окружной прокуратуры. Выслушав доказательства, которые приведет господин обвинитель, мы покажем всю их несостоятельность. И я хотел бы напомнить уважаемым членам скамьи присяжных, что, в соответствии с законом, в случае обоснованного сомнения в вине подсудимого, они будут обязаны вынести оправдательный вердикт. Я не сомневаюсь в вашей честности и непредвзятости, дамы и господа присяжные заседатели, так же, как не сомневаюсь в беспристрастности и компетентности Высокого Суда. А теперь мы готовы выслушать доказательства стороны обвинения.

Мейсон поочередно поклонился судье, присяжным и окружному прокурору и с чувством собственного достоинства уселся за стол, всем своим видом показывая, что не пропустит ни одного слова из свидетельских показаний и подвергнет их тщательной проверке на прочность.

— Вызывайте вашего первого свидетеля, господин обвинитель, — предложил судья Чивородис Болдуину Маршаллу.

Окружной прокурор поднялся со своего места и объявил голосом шоумена, открывающего финальный боксерский матч за звание чемпиона мира в супертяжелом весе:

— Моим первым свидетелем я приглашаю мистера Брайна Кейтча."

"Брайн Кейтч, моложавый мужчина в форме дорожного полицейского, прошел к месту дачи свидетельских показаний, сообщил секретарю суда свои возраст, фамилию и адрес и поклялся говорить правду, только правду и ничего кроме правды.

— Вы служите в управлении дорожной полиции города Эль-Сентро? — задал свой первый вопрос Болдуин Маршалл.

— Да, сэр, вот уже тринадцатый год, — ответил свидетель.

— Вы несли службу днем семнадцатого июня текущего года на шоссе, ведущее в Мехикали?

— Да, сэр. Вместе с моим напарником, Джерри Брауном.