— Невидимки?

Ариос ткнул рукой:

— Тоже упёрлись в закрытый боевой ход, но до сих пор не решаются шуметь и выбить дверь.

Я кивнул и метнулся ко второму свёртку. С ним прошло легче и быстрей. На внутренней стороне воротной башни, в сторону города развернулось другое полотнище. Серое полотнище с угольно-чёрным сломанным клинком.

Перегнувшись через зубцы, глядя на тащащих какие-то телеги и мешки солдат Реола я заорал во всё горло:

— Незримая смерть! Незримая смерть! Я убью вас всех!

Несколько мгновений ещё поглядел сверху на лица, задранные на меня и полотнище с символом моего прозвища, а затем бросился к спуску с площадки, накладывая на себя защиту и готовясь к схватке. Хватит полагаться только на теней и неизвестных Кровавых.

На втором этаже… На втором этаже Кровавые себя совершенно не сдерживали, впрочем, реольцы тоже: кровь заливала доски пола на палец, не успевая просачиваться в щели, но в этой крови лежал и один Кровавый. Мёртвый.

Едва успев это увидеть, я тут же прянул назад, уходя от стегнувших по мне алых клинков, выругался:

— Чтоб дети забыли, как вас зовут! Свои! Кто, по-вашему, срубил флаг и перебил защитников механизмов?

Попытался шагнуть вперёд ещё раз, и в этот раз Кровавые по мне не ударили."

"Вернее, Кровавый. Двое остальных выдавливали реольцев вниз по винтовой лестнице, и здесь был слышен лишь звон стали и хрипы умирающих.

Слишком долго возятся, эдак они закупорят нас здесь. Я ринулся к ним вниз по ступеням, рявкнул:

— Пригнулись!

По-другому на этой узкой лестнице было не разойтись — я буквально взбежал по спинам и плечам Кровавых и оттуда ударил потоком шипов. Прыгнул вперёд, удерживая технику и выкашивая реольцев. Один оборот лестницы, второй, третий, лестница закончилась, а поток шипов разбился о сияющий «тум», поднятый на месте выбитой двери.

Тупица, этому адепту идти бы в первых рядах, глядишь, и получилось бы вломиться на второй этаж. Впрочем, что я знаю о том, кто шёл в первых рядах? Кто-то же убил Кровавого?

Мысли скакали, совершенно не мешая мне менять печати. Поток шипов исчез, и тут же в чужой тум ударил таран. Но тум выдержал.

Мгновение я пялился, пытаясь понять, сколько жара души нужно влить в эту простую технику, чтобы она выдержала мой удар.

— Господин? — подался вперёд Ариос, готовый помочь мне.

Но я уже сменил печать, уже шагнул вперёд, уходя Теневым шагом сквозь стену. Три удара сердца, и я уже под сводом воротного тоннеля, за спиной реольцев и этого потрясающе сильного адепта.

Солдат, рядом с которым я вновь стал видимым, ещё только открывал рот для крика, ещё только поднимал меч, а я уже сменил печати и провёл жар души от сердца до пальцев.