"

"Могу ли я не открывать ворота, чтобы не начинать всё это? Тоже не могу.

Я должен это сделать, чтобы полностью расплатиться за своё спасение от казни.

Ограк шагнул вперёд, оттесняя от меня Ариоса, и сказал:

— Господин, не вижу причины для уныния. План как план. Жертвовать малым ради большого вполне обычное дело в крупном сражении. К тому же вам не обязательно безропотно выполнять свою роль от и до, а судить за мелочи победителя не будут.

Я сложил пальцы в знак.

Поясни.

— Не только вся армия Теназа будет рваться к упавшему флагу Реола, но и вся армия Скеро будет смотреть на эту башню и эти ворота. Разве это не лучший способ показать всем, кто сражается там против всего Теназа?

Чем больше я слушал Ограка, тем сильнее вдохновлялся предстоящим. Одно жаль — ведь мог и сам додуматься до такого, без подсказок теней. Стоило только вспомнить немного историй, которыми Флайм в детстве награждал меняза успехи в тренировках. Отец когда-то проворачивал похожее, а я его сын, верно?

Жаль, но не настолько, чтобы отказываться от предложенного только из-за пустой обиды на свою несообразительность.

С улыбкой на губах я нетерпеливо позвал:

— Креод, Илиот!

Первому я тут же вполголоса приказал:

— Вина на весь отряд. Ко мне в шатёр.

Вино, кстати, за последние недели оказалось под запретом в лагере. Как и излишняя щедрость с Яростью Эскары. Если насчёт последнего я был полностью согласен, то лишение солдат простейшего способа чуть отдохнуть от битв и ощущения нависшей над ними смерти считал ошибкой. Но держал своё мнение при себе. Найти же с помощью теней тех, кто продолжал за тройную цену снабжать вином, привозя кувшины прямо к шатру, не составляло труда.

Креод на миг поджал губы, а затем сказал, беспокоясь вовсе не о моих деньгах:

— Господин, осмелюсь заметить — вы с этим частите.

— Приходится, — отмахнулся я. — Мне сегодня и завтра мяса, жареной печени. Ещё ту горькую настойку от Азура, она в прошлый раз прям хорошо помогла.

Креод молча кивнул, и я перешёл к следующему распоряжению.

* * *Илиот вошёл в шатёр и тут же недовольно заметил обернувшемуся к нему Листену:

— Ты бы хоть проветривал здесь. Весь воздух выдышал. Как ты тут сидишь?

— Нормально сижу, — огрызнулся тот, потирая покрасневшие глаза.

Илиот хмыкнул и приказал:

— Отложи всё остальное. Срочно переделай вот эту технику.

Листен скосил взгляд на подсунутый лист с зарисованными печатями и уточнил:

— Под чей баланс переделывать?

— Под мой, — не подвёл его Илиот.

У Листена дёрнулась щека, и он мрачно, исподлобья глядя на Илиота, сказал:

— Последние недели я только и делаю, что переделываю техники под тебя, обделяя господина. Из десяти техник восемь я делаю под тебя.