Особенно теперь, когда под его рукой старшие воины в доспехах гвардии Великого дома. Слава победителя старшей крови? Что за глупость? Он уже спас меня от множества Кровавых, идаров старшей крови и даже от Клинка. Вот это была бы слава так слава, а это лишь жалкая подачка. Никто бы и не вспомнил, что он совершил это не один, все бы повторяли его и только его имя.
— Дочь, нет, — жёстко ответил король Лавой. — На меня, нашу семью, армию и королевство сейчас свалилась куча проблем. Даже за слухи об этой измене я буду вырывать языки. До тех пор, пока не падёт Теназ, я запрещаю тебе рассказывать об этом деле.
Леве и не сомневалась в ответе. Она его ждала и тут же кивнула:
— Я услышала тебя, отец. Но и ты пойди мне на уступки.
Король Лавой едва слышно вздохнул:
— Смотря чего ты хочешь. Выйти за этого Лиала?
Леве вздрогнула, услышав предположение отца. И от него это не укрылось. Он фыркнул и жёстко заявил:
— Нет, Леве.
Но вздрогнула она лишь потому, что до этого момента не задумывалась об этом, не задумывалось о том, что это и впрямь возможно. Нет, не сейчас, когда он всего лишь хёнбен и всего лишь наследник Малого дома.
Осознав, что она молчит уже слишком долго, а отец наливается дурной кровью, Леве торопливо произнесла:
— Даже не думала, отец.
Король Лавой выдохнул сквозь зубы:
— Даже не думала, — явно не поверив, потребовал. — Тогда говори, о чём думала.
Сказать ему, о чём думала? Леве с трудом не позволила предательскому румянцу вылезти на щёки и торопливо спросила:
— Младшая кровь будет допущена к Играм?
Король Лавой помедлил, подозрительно всматриваясь в Леве, но всё же буркнул:
— Да.
— Тогда я хочу посетить эти Игры Предков на севере и там, перед всеми Домами севера, в миг, когда Лиал из Дома Денудо получит ещё немного славы своими победами, сообщить о его поступке.
Король Лавой усмехнулся:
— Ты так веришь в его победы?
— Разве ты не веришь? Разве не рассчитываешь на него, чтобы содрать этот твой мох с Домов?
Король Лавой вновь помедлил и кивнул:
— Договорились.
* * *Ни один из этих разговоров, как и нескольких других, не стали для меня тайной. Едва закончился судебный поединок, как я отменил свой приказ теням. Тот самый приказ об их молчании. Одно дело — немного пощекотать себе нервы, помучив неизвестностью насчёт ответа Вира о письме, другое дело — заткнуть себе уши и глаза, решая провести всю жизнь так.
Глупо ведь.


















Комментарии
Добавить комментарий