Но Леве и заявила это не для того, чтобы они её послушали, а чтобы показать отцу, насколько серьёзны её намерения и желания.

Король Лавой тяжело вздохнул и коротким жестом приказал всем покинуть шатёр.

— Как это понимать, отец? — повторила Леве, а едва полог опустился за спиной последнего ушедшего, сказала прямо. — Ты говорил, что пока нужно промолчать об этом, ты обещал, что награда за моё спасение будет позже. Приговор стал такой наградой?

— Приговор был отменён моей волей. Неужели тебе донесли новость неполной?

— Нет, мне рассказали всё, — со злостью произнесла Леве.

— И про владетеля Вира, и про судебный поединок, и про его результат.

— Так чем ты недовольна? — изумился король Лавой. — Ты просила награду для него? Ну вот. Звание, должность, этот поединок — это всё и есть части его награды.

— Что⁈ — задохнулась от возмущения Леве.

— Всё это, — медленно, неосознанно копируя тон недавно стоявшего здесь Вира, повторил король Лавой, — и есть награды за твоё спасение. Звание. Должность. Слава первой младшей крови, которая одержала победу не просто над старшей кровью, а над Великим паладином.

Имя твоего спасителя сейчас гремит на весь лагерь, через месяц будет греметь по всему королевству, передаваясь из уст в уста. Ты этим недовольна?"

"Леве прикусила губу. Она сама умела так выворачивать правду, превращая белое в чёрное и наоборот. Разумеется, судебный поединок и славу победителя можно назвать наградой. Беда в том, что подобного вообще не должно было случиться. Обвинение было смехотворным, и если бы каждый идар знал, что Лиал её спаситель, обласканный королём, то трижды бы подумал, прежде чем пытаться подвести его под суд, тем более используя столь смехотворные обвинения.

И это было правильно. Она не переживала о том, что Лиал не выдержит наказания, не переживала, что он может проиграть в поединке, она переживала о том, что идар его силы, первый за тысячу лет двуединый идар вообще не должен получать наказаний от короля. Идар его мощи, его возможностей и его будущего должен видеть от короля и его семьи только хорошее. Нельзя, чтобы в отношениях сильнейшего идара королевства и королевской семьи появилась хотя бы одна трещина.

Вот только и говорить прямо об этом отцу было нельзя.

Это была его и её тайна. Это была их тайна, которую…

— Ничего не можешь ответить, Леве? — прервал тишину король Лавой. — Тогда выйди из шатра, и с улыбкой, вежливо пригласи сюда тех, кого ты выставила, прервав важное дело.

— Могу, — прищурилась Леве и делом доказала, что достойна отца. — Звание? Он заслужил его делами. Должность? В отряде Гирь Весов половина — ничтожества, от которых избавились их собственные командиры. Достойных должности заместителя командира там и нет.