— Оставь свои утешения себе, Лиал, — процедила Преферо. — Я не могла сравниться с тобой в Кузне, не могла догнать после посвящения, не сумела сравниться с тобой даже тогда, когда ты стал всего лишь адептом, — она криво ухмыльнулась. — Скорее, ты доказал мне, что я зря перековала свой талант. Могла бы быть нормальным и сильным адептом, а выбрала стать недоидаром, у которого в самый неподходящий момент тухнет жар души.

Я вскинул брови, услышав этот крик души. Как-то забыл, что обычно в Кузню приходят не от хорошей жизни, и у других Домов причина, по которой нужно из младшей крови выковать старшую, должна быть очень веская.

Но ни вспомнить, что там с наследием в Доме Виво, ни спросить, как это — тухнет жар души, я не успел, сзади требовательно позвали:

— Господин! Господин! Господин Лиал!"

"Я даже не сразу понял, что зовут меня. Лишь когда позвали по имени, сообразил, что зовёт-то Креод. Обернулся и увидел позади не только его, но и другие знакомые лица.

Но узнал я прежде всего доспехи. Доспехи из синей стали, достойные гвардии Великого дома. Те самые, которых так не хватало моим людям.

От доспехов я поднял взгляд на первое из знакомых лиц.

Орак. Заместитель гаэкуджи Креода. Командир части отряда, который следовал за мной во время погони за реольцами к Ожерелью, и один из тех, кто первый выпил моей крови, когда я понял, что она может защитить моих людей от превращения в Кровавых жнецов. И один из первых, кто получил с её помощью силы, сумев применить Дождь клинков в замке Денудо.

— Чтоб меня Безымянный побрал. Снова баба на руках. Может, госпожа и права в чём-то?

Я, разобрав этот шёпот, в удивлении перевёл взгляд левей.

Кодик в таких же доспехах и ещё какой-то солдат в более тёмных, скорее, серых.

Давненько я не испытывал такого удивления. Привык, что тени сообщают мне обо всём, что происходит вокруг и ждёт впереди.

Слишком привык. Поэтому после битвы в лагере едва ли не затыкал уши, когда Ариос пытался мне что-то доложить. На второй день ни он, ни другие тени даже не пытались лезть ко мне с разговорами. И правильно, иначе злоба во мне лишь росла.

Как, оказывается, приятно удивляться. Получается, что этот отряд отец выслал уже давно, потому как моё письмо к нему сейчас в лучшем случае на середине пути к замку Денудо.

Но удивлён был не один я. Орак и Кодик тоже пялились на меня с широко открытыми глазами. Я понимающе усмехнулся:

— Что, сильно изменился?

Орак кивнул, вздрогнул, когда Креод рявкнул:

— Хватит пялиться! У нас тут нелёгкие недели были, пока вас ждали. Господин сражался как зверь, за пятерых старших идаров, был не раз ранен, чудом остался жив и, конечно же, сильно изменился и возмужал.