Говорю же, хорошо мужик ей, видно, платит, вот она и не рыпается больше ни с кем! А вы чего это так Зинкиной жизнью интересуетесь? - прищурилась вдруг Марфа Васильевна, и впилась глазами в Саню.

- Так мы, Марфа Васильевна, работу выполняем. Нам велено проследить за Зинаидой. Понимаете, этот её высокопоставленный друг начал подозревать, что Зинаида его обманывает!"

"Саня врал самозабвенно - тот мужик, который их рассматривал из окна, отошел вглубь квартиры, встав за шторой, но уходить от окна не собирался. Саня кожей чувствовал его взгляд, но сканировать сейчас другим зрением  не мог, вспомнив и уровень опасности ""Красный"", и приказ смотреть ауру незаметно. А незаметно - это значит, не в тот момент, когда на тебя смотрят таким цепким взглядом.

- Нет! Точно вам говорю: нет у неё больше никого! - вещала Марфа Васильевна, — так и можете сказать её хахалю!

- Ну, смотри, Марфа Васильевна, если окажется, что ты молодого да красивого, но другого Зинаидиного полюбовника покрываешь, знай - моя смерть на твоей совести будет! И тогда покоя тебе не будет! Я буду приходить к тебе в снах каждую ночь и домогаться тебя в противоестественных твоему возрасту позах!

- Да вот тьфу на тебя, паразит! - Марфа Васильевна плюнула на асфальт и пошла в сторону скамейки, но её ворчание было слышно, — вот так и делай добрые дела! Я им помочь хотела, чего, думаю, парни зря сидят, время своё тратят? А он видишь, что удумал! Приходить он ко мне в моих снах собрался.

- Марфа Васильевна, да погоди ты! Пошутил я! Да верим мы тебе! Возьми вот визитку нашего агентства. Детективы же мы, не абы кто! Мало ли узнаешь, кто к Зинаиде ходит, так ты уж позвони, будь добра. А мы в долгу не останемся. Да, Мих?

Миха опять важно кивнул соглашаясь.

- Да? Ну, давай свою визитку! А звать то тебя как, красавчик?

- Ну, так Саня я! Меня и спросишь, когда звонить будешь, скажешь, что про Зинаиду инфа есть, я и вспомню тебя! - Саня улыбался, демонстрируя открытую и чуть глуповатую улыбку.

- Ладно уж! Позвоню, если увижу кого! - пообещала Марфа Васильевна и сунула визитку в карман юбки.

- Ну, бывай, мать! Спасибо тебе, что время наше сэкономила!

- Бывай, бывай, сынок! - усмехнулась бабка и пошла к скамейке, где и сидела до этого.

- Миха, уезжаем. Дольше нам здесь сидеть нельзя. Не один он там в квартире. И Марфа Васильевна эта не простая бабка, я ауру её тишком посмотрел. Под мороком она, прикинь! Ох, чувствую я, что неспроста она к нам подошла. Эх, слюну бы ещё её собрать, да, боюсь, наблюдают за нами.

- Ладно, хрен с ним! - и Миха вдруг открыл дверцу и вышел из машины, обошел машину, открыл багажник, что-то поискал там и вернулся за руль, держа бутылку воды в руках.