Глава 20

Положив спящего Кемала в колыбельку, Хедер повернулась к мужу и спросила: – Где же твой сюрприз? Халид непонимающе воззрился на нее.

– Принеси Кемалу покушать, – приказала она Омару и улыбнулась принцу. Ей казалось, что она говорит, как опытная мать.

– Мальчик кушал всего три часа назад, – сказал Халид, когда евнух бросился выполнять поручение госпожи.

– Ты явно ничего не понимаешь в детях.

– Это я-то ничего не понимаю? – возмутился Халид. – Можно подумать, у тебя много опыта.

– У всех женщин есть врожденное знание того, как нужно ухаживать за детьми, – поведала ему Хедер. – У детей очень маленький желудок, и им нужно кушать гораздо чаще, чем взрослым. Кроме того, Кемал только что испражнился... Ну, где сюрприз?

– Что ты имеешь в виду?

– У тебя есть для меня сюрприз, – напомнила ему Хедер. – Такой, который заставит меня передумать ехать в Англию.

До чего же она похожа на остальных женщин, подумал Халид. Сколько бы мужчины ни давали им, они все время хотят больше. Очаровательные создания, но корыстные.

Халид показал на колыбельку:

– Я имел в виду Кемала.

– А... – Хедер была явно разочарована.

– Какой еще сюрприз тебе нужен? – спросил Халид, правильно истолковав выражение лица жены. – Драгоценности? Письмо матери?

– Хорошая мысль, но нет. Сосчитав до двадцати, Халид спросил:

– Так чего ты хочешь, моя принцесса?

– Священника.

Халид побагровел от гнева, и щека у него яростно задергалась. Он процедил сквозь зубы:

– Последний раз тебе говорю, не будет никакого священника.

Хедер дотронулась до его руки:

– Это очень важно. Мы не женаты и не можем воспитывать этого ребенка без благословения священника.

– Нас поженил имам, – возразил Халид.

– Но я хочу, чтобы обряд провел священник, – умоляющим тоном проговорила Хедер, совсем тихо, чтобы не разбудить малыша. – Если я умру без покаяния, то отправлюсь прямо в ад.

Ласковая улыбка смягчила черты принца. Он нежно провел рукой по теплой шелковистой щеке жены.

– Ангелам, подобным тебе, нечего бояться, – сказал Халид. – Тебя ожидает рай. – Наклонив голову, он прикоснулся губами к губам жены.

Расстроенная до глубины души, Хедер отстранилась и сердито посмотрела на мужа:

– Почему всегда я должна подстраиваться под твои желания? Почему ты не можешь пойти на уступку мне? Почему ты такой упрямый?

Раненая щека Халида снова задергалась.

– Не будет никакого священника, – проговорил Халид тоном, не терпящим возражений. Он пулей вылетел из комнаты и захлопнул за собой дверь.

– Мерзавец, – пробормотала Хедер по-английски и стала прохаживаться по комнате, пытаясь успокоить испуганного ребенка.

Омар вошел в комнату и протянул Хедер бутылочку с козьим молоком. Не говоря ни слова, он повернулся, чтобы уходить.

– Подождите, – окликнула его Хедер.