Пульсирующая боль в руке окончательно разбудила Хедер, и ее прекрасное лицо исказилось гримасой боли. Почувствовав, как она страдает, Мирима подошла к двери и приказала рабу принести шербет.

– Где Халид? – спросила Хедер.

– Пытается выяснить, кто покушался на меня, – ответила Мирима. – Я восхищена твоей смелостью и искренне благодарю тебя за то, что ты спасла мне жизнь.

– Если бы я знала, что убийце нужны вы, ни за что не стала бы его останавливать, – отозвалась Хедер. Господи, как же болит рука!

– Вранье.

– Надеюсь, это не значит, что теперь я вам нравлюсь?

– Нет, это означает, что я стала лучше переносить твое общество, – парировала Мирима.

Хедер бросила на свекровь невеселый взгляд и спросила:

– А где Омар?

– Этот коротышка к утру будет на ногах, – ответила Мирима. – Доктор осмотрел и его тоже.

Вошла служанка, подала хозяйке kv6ok шербета и удалилась. Мирима добавила туда немного лекарства, помешала напиток пальцем и подала больной. Хедер отрицательно помотала головой.

– Выпей шербета, чтобы снять боль, – приказала Мирима.

– Я засну? – спросила Хедер.

– Да.

– Во сне меня всегда мучают кошмары.

– Какие?

– Вас это никоим образом не касается, – ответила Хедер, мгновенно насторожившись. – Скажите, почему вы презираете собственного сына?

Не на шутку удивившись, Мирима в течение нескольких секунд молча взирала на невестку.

– Я люблю своего сына, несмотря на все его недостатки.

– У лжецов принято вырезать языки, – сказала Хедер.

– Почему ты считаешь, что я не люблю своего единственного сына? – спросила Мирима.

– Я слышала, что вы вините его в смерти ваших детей, – отозвалась Хедер.

– Когда?

– Какое это имеет значение? Я слышала это из ваших собственных уст.

– Иногда мною овладевает тоска и горечь, – призналась Мирима. – Халид должен быть готов к тому, что из-за его отталкивающей внешности люди будут отворачиваться от него, особенно женщины.

– И с чего вы взяли, что у него отталкивающая внешность?

– Посмотри на его шрам.

– Мой муж воин, – сказала Хедер. – А этот прекрасный шрам подчеркивает его сильный характер.

– Рада это слышать, – отозвалась Мирима. – Быть может, Аллах предназначил тебя ему в спутницы жизни. Жаль только, что он выбрал варварку.

– Я варварка? – Хедер попыталась было сесть, но от слабости свалилась обратно на подушки. От безысходного гнева и пульсирующей боли в руке у нее навернулись слезы.

В этот момент распахнулась дверь и вошел Халид.

– Твоя мать меня расстраивает, – пожаловалась Хедер, – и у меня ужасно болит рука.

Халид с угрожающим видом повернулся к матери. Мирима устремила гневный взгляд на свою невыносимую невестку.

– Я утешала ее, – попыталась оправдаться она.

– Ты не умеешь утешать, – сказал Халид.