Но это, наверное, именно потому, что я ее еще не трахал, да? Ну, а как иначе?

И это не ревность, а тупая мужская зависть, что кто-то там уже был, а я нет.

Но я с ее спектаклем смирился, особенно тогда, когда она на полном серьезе сказала мне, что уволится. Я, видите ли, такой же похотливый засранец, как и ее бывший работодатель.

Ну я вообще так-то сравнения не люблю, ибо моему сердцу как-то ближе восторженные дифирамбы и все такое. Может потому я и решил выяснить, что там Иванчук реально отважный или просто сохранился.

И выяснил, блядь.

Оказывается, этот жирный гремлин молодых и умненьких девочек еще со школьной скамьи себе бронировал, чтобы потом, подогнав под монастырь спонсорским контрактом и неподъемной неустойкой, залезть под юбку и трахать в свое удовольствие полностью обездвиженную жертву.

Ёбаный урод.

Но кибербезопасность наше все. И очень быстро в моих руках появился забористый компромат на Иванчука. Достопочтенный Геннадий Степанович визжал, как сучка, когда я сунул ему под нос милое фото, где он был переодет милой маленькой девочкой с кляпом во рту. Остальное было всего лишь делом техники.

И нет, я не собирался играть в гребаного Робин Гуда.

Я просто хотел познать Таню Сажину в библейском смысле, а самый короткий путь в ее трусы был именно такой. Кто-то давал после безлимитного шоппинга, кто-то после блеска цацок на их теле, кто-то просто так давал, потому что я охуенный.

А вот Тане нужен был влюбленный на всю голову герой. И я ей дал его. Все по фен-шую.

И когда я вез ее в «Медвежьи угодья», я знал, что Таня домой просто так уже не вернется. Опытная обольстительница или непорочная дева — плевать. Она будет моей.

Романтическая прогулка по озеру и лесу, несколько бокалов домашнего сидра и жаркая баня сыграли мне на руку.

Таня потеряла бдительность и сдала свои бастионы. А уж когда я увидел, что она надела то самое белье, что я ей подарил…

Пресвятые угодники!

Если сказать честно, то меня так накрыло, что скажи она мне и в этот раз твердое «нет», то я просто бы ее завалил и трахнул без лишних сантиментов. Таня, конечно, что-то там пыталась еще пикать, но я быстро ее заткнул.

Ибо меня окончательно перемкнуло. Ее кожа бархатистая, ее нежный, но такой женственный запах, ее тихие вздохи, ее взгляд, подернутый поволокой страсти.

Ну куда уже было тормозить? У меня член — что базука. И я давно уже готов отстреляться. От воздержания даже кости ломит, ведь пока я Таню обхаживал ни на кого и не смотрел, сосредоточенный на ее ориентире. И вот она в моих руках.

Вау!

Бюстгальтер давно снят и ее красивая грудь вся передо мной. Небольшая, но идеальная. Соски — две карамельки. И не во сне, а наяву. И я с ними, что хочу, то и делаю.

И мокрая полосочка трусиков между ее стройных ног тоже давно уже отодвинута в сторону.