— Ром, а ты что там делаешь?

— Аринка сказала надо какого-то там Гадовича позлить. Вот я, собственно, этим и занимаюсь.

— Че? — ахнула я, мгновенно выпадая в осадок.

— Все, готово. И вот тебе мудрость на будущее — если хочешь сделать кому-то плохо, просто будь счастлива.

Подмигнул и протянул мне телефон, где в известной социальной сети уже вовсю крутилось сториз с нашими фотками.

С подписью: «С Днем рождения, Любимка!».

— Арина! — завопила я в ужасе.

Но в ответ услышала только дружный смех своих «друзей».

Садисты!

ПыСы: кто не в курсе — это и есть тот самый Рома Ветров, герой романа «Девочка Грешника»Глава 9. О том, как порой все бесит…

Марк— Вот же сучка…

Швырнул телефон на стол и откинулся на спинку кресла, прикрывая глаза и стискивая переносицу двумя пальцами. Приказывал себе дышать ровно и пытался забыть то, что только что увидел. Таня и какой-то прилизанный блондинистый хер в ее ленте, со слащавой подписью «С Днем рождения, Любимка!»."

"Любимка, блядь!

Очередная, мать ее ети, хер пойми какая по счету! То Стас этот гребаный, затем какой-то перекачанный хрен в костюме, теперь это. Она там что, совсем берега попутала?

— Че там у тебя, Хан?

— Да ничего интересного, Дань.

И вдруг услышал, как друг смачно присвистнул.

— Ну надо же…какие люди!

— Знаешь его? — приоткрыл я один глаз и глянул на Шахова, напрягаясь всем телом.

— Ну знаю, — недовольно потянул парень.

— И?

— А это кто с ним рядом? — прищурился тот, а я выматерился.

— Телка, Шах. Что не признал?

— И? Кто она тебе?

— Завалить хочу.

— М-м, а тебе губозакаточную машинку сразу выдать или попозже?

— Ну ты че меня бесишь, а? — скривился я и приложился кулаком по его бицепсу, но этот придурок только заржал и покачал головой.

— Что-ж…этого мальчика, Маркуша, зовут Рома Ветров. И я тебе скажу так, что пока ты эту телку хотел завалить, он, судя по этому фото, писюльку свою в нее уже давно засунул. Кстати, симпотная, одобряю.

Скрипнул зубами. Сильно. В голове взорвалось с десяток петард. Аж в глазах потемнело.

— Бля, — встал на ноги и заметался по комнате, — как же она меня заебала.

— Расскажешь?

— Нет, — обрубил я.

Потому что, что тут, блядь, рассказывать? Ничего! Я на грани, реально. И в одном шаге от того, чтобы окончательно уже психануть и просто нагнуть ее в каком-нибудь темном углу. А там хоть трава не расти.

— Что за перец? — все-таки выдыхаю я вопрос.

— Некогда лучший друг. Сейчас — самый страшный враг. Это он Диану за неделю до нашей свадьбы поимел, если что.

— Да ладно? — не хило так охренел я.

— Ага. Мститель, блядь, без страха и упрека, — фыркнул Шахов.

— Давай, рожай, — и снова уселся в кресло, с сомнением поглядывая на фото в своем телефоне.