Время полной луны. Глядя ему в глаза, она взяла со столика флакон с душистым маслом.

— Прочь, Геката, королева ночи, — сказала она, выливая масло тонкой струйкой ему на грудь, — и уступи этого несчастного смертного Диане до самого рассвета.

Она поставила флакон и начала массировать Бею грудь, желая воспользоваться уроками, почерпнутыми из книг.

Диана продолжала втирать масло, наблюдая, как его веки, дрогнув, закрылись. Затем она начала продвигаться все ниже и ниже, испытывая головокружение от ощущения его гладкого мускулистого тела.

Собрав всю свою решимость, она обхватила руками его горячее и твердое мужское естество.

По всему телу Бея пробежала сладкая дрожь, и Диана почувствовала свою власть над ним.

— Я люблю тебя, — прошептала она, не вполне уверенная в правильности своих действий. — Ты можешь взять на себя роль учителя, если хочешь. Я никогда раньше не делала этого.

— Боже упаси, если ты будешь знать больше того, что уже знаешь. — Его грудь тяжело вздымалась.

— Но это ведь не метод Сократа? — насмешливо сказала она и, мысленно помолившись, склонила голову, чтобы коснуться языком кончика его естества.

Бей глухо застонал, но явно не от боли.

— Ты войдешь в меня? — спросила Диана.

— Или… — произнес он хриплым голосом.

— Или я сведу тебя с ума. Диана посмотрела вниз, и неожиданно все ее сомнения исчезли. Ей ужасно захотелось попробовать мужскую плоть на вкус. Она накрыла ее ртом.

— Сумасшедшая! — Бей привстал, повалил ее на спину и, не давая опомниться, глубоко вошел в нее.

Диана со счастливым смехом обхватила ногами его бедра. Она со страстью отдавалась ему, окончательно забыв о недавних жалких поползновениях лорда Рэндольфа и вообще обо всем на свете.

Когда она вновь пришла в себя, то ощутила Бея у себя внутри и, крепко обняв его, прошептала слова благодарности.

Он продолжал лежать на ней, тяжелый, но желанный, и она запустила пальцы в его волосы.

— Ни за что не отпущу тебя, — сказала она, зарывшись лицом в его волосы, — и буду соблазнять при каждом полнолунии всю оставшуюся жизнь.

— Полнолуние, — сказал он сонным голосом, — наступает завтра.

— Это можно рассматривать как приглашение?

Бей не ответил: он уже спал. Несмотря на тяжесть его тела, Диана улыбалась сквозь слезы любви и радости.

Он сдался наконец.

Глава 30

Диана проснулась от яркого солнечного света, пробивавшегося сквозь щель в шторах.

Сев в постели, она заметила, что нет никаких свидетельств событий минувшей ночи. Ни флакона с маслом, ни возлюбленного. Даже подушка, на которой он спал, была разглажена.

Может быть, все это приснилось ей? Нет, на простынях остались следы масла, этот чувственный запах… Он все-таки был здесь. Более того, он принадлежал ей телом, душой и разумом.