Лера послушно вышла из ванной, прикрыла за собой двери и привалилась к ней затылком.

Там, по ту сторону, были отчетливо слышны характерные звуки. А после – полилась вода. Сперва из крана. А после, из душевой.

Лера улыбнулась и пошла за чистым полотенцем, по пути, на всякий случай, спрятала ключи от входной двери. Мало ли, Лешка решит уйти от нее. А она не согласна его отпускать.

Когда Валерия вернулась в ванную комнату, Лешка все еще стоял под душем. Грязная одежда валялась на полу в углу. Шлепки Валерия выбросила в мусорное ведро, а вот футболку и джинсы впихнула в стиральную машинку.

А после присела и, подперев ладонью подбородок, принялась наблюдать за тем, как принимает душ ее муж.

– Что за коммерческое предложение? – подала голос Лерка.

– А? Лер, давай потом. Я мысль потерял. У меня мозги набекрень, – пробормотал Леша.

– Ну, как знаешь, – фыркнула Лерка и поднялась на ноги.

Выйти из комнаты девушка не успела. Абсолютно мокрые руки обняли ее и крепко прижали к мужской груди. Лерка чувствовала, как одежда на спине стремительно промокает. И мурашки по всему телу. Но именно эти объятия нужны сейчас Лере. Объятия ее любимого мужчины.

– Лер, я так запутался. Мне так хреново без тебя. И алкоголь уже не влезает в меня... Я эту Мушкину... Натравил на нее финпол. Будет теперь шить фуфайки за колючей проволокой, – бормотал Лешка Лерке то в затылок, то в висок, то на ухо, – прости меня, Лерочка. Я же правда с этой стервой ни-ни. Да и вообще ни с кем. Как тебя встретил, так и не могу ни с кем. Только тебя люблю. Так люблю, что дышать больно, Лер. Прости меня, Валерия. Прости...

Лерка вновь рыдала. Улыбалась сквозь слезы. И рыдала. Лешка неожиданно оказался перед ней и обнимал ее еще крепче, целовал через одежду, куда мог дотянуться. Торопливо, жадно, словно Лерка должна была его вот-вот оттолкнуть от себя.

Да какой там! У Лерки тряслись и руки, и ноги. И пальцы путались в мокрых волосах. Но разжать их нереально. И уж тем более – оттолкнуть Алексея от себя.

Лешка внезапно опустился ниже. Прижался щекой к ее животу, а руками крепко-крепко обнял за талию.

Лера видела, как мелко дрожат его плечи. А горячее дыхание, рваное и сбивчивое, согревает ее кожу даже через одежду.

– Прекрати извиняться, Леша... Леш, это я тебя обманула, – чуть громче разрыдалась Лерка и шмыгнула носом. – Я так разозлилась. Мне так было больно... А ты же знаешь, какая я дурная...

– Ты замечательная, Лерка моя, – возразил Усов ей в живот.

– Лер, возвращайся, а, – хрипло говорил Алексей, – у меня без тебя совсем не получается ничего. – Я так тебя люблю. Очень сильно люблю.

– Лешка, я же тебе соврала, понимаешь?! – шмыгнула носом Валерия.

– Ты меня больше не любишь? – нахмурился Усов.

Подняв голову, мужчина смотрел на Леру.