— Да, — я потрепал по голове тревожно смотревшего на меня Друга. — А вы — уезжаете. Я потом сам доберусь.

— Ты серьезно? — спросил Сид.

— Да, абсолютно. Уезжайте и ждите меня уже в Орктауне.

— Чистейшее безумие, — прокомментировал он

— Ну безумие или нет, но некоторые моменты надо будет прояснить.

— Надеюсь, ты понимаешь, что делаешь…

— Я на это тоже надеюсь, — вздохнул я.

Я опять вылез из кабины. Дождался, пока фургон проедет мимо строя всадников и нырнет в портал, затем повернулся к Искореняющему.

— Я готов!

Зунландия, Арзун, королевский дворец

Мы проехали до дворцового комплекса королей зунландских в полном молчании. Не буду же я приставать с вопросами к Искореняющему, сидевшему за рулем? Достаточно того, что мои подозрения относительно него оправдались. Довольно неприятное, кстати, ощущение.

И у дворца нас тоже ждали, препроводя меня со входа через все здание. Кроме одного места.

У входа в тронный зал мой провожатый остановился. Я вопросительно взглянул на него.

— Я свою миссию выполнил. Туда — только вы, Ваша Светлость.

Я пожал плечами. Я так я, сам могу себя представить. Двое гвардейцев открыли мне дверь, и я твердой походкой вошел в зал.

Куртелл третий сидел на троне в центре зала, а вокруг находилось кольцо охраны, даже два придворных боевых мага. Мы с ними принюхались друг к другу, и я с презрением хмыкнул — они мне и в подметки не годились. Слабенькие, один-два плюса, не более того. Хотя если навалятся оба, то придется попотеть.

Я отбил полагающие поклоны действующему монарху другого государства от члена королевской семьи. Согласно этикету, ни одного лишнего движения или жеста. По иерархии я стою чуть ниже, да и визит, мягко сказать, выходит неофициальный.

— Так вот вы какой, герцог Бертелани, — живые глаза короля впились в мое лицо.

— Таков как есть, Ваше Величество.

Вблизи монарх выглядел совсем не таким, как его описывали. Крепенький такой дядечка средних лет. Вот только никакой нерешительности или слабости я в нем не заметил. Наоборот, властный, сильный, жесткий. И аура соответствующая, со всеми причитающимися неординарной особе оттенками и цветами. Значит, в лоха и терпилу он только играл. А вот теперь маска спала с его лица, и я даже догадывался, почему.

— Выйдите все, — сказал он. — Я буду говорить с герцогом тет-а-тет.

— Но Ваше Величество, а если…

— Никаких «если» не будет, — прервал король. — Если бы он хотел, все в этой зале были бы уже мертвы. Для единственного живущего сейчас Паладина Ярсгара все вы — никто, если еще этого не поняли.

— Вот поэтому…

— Вон! — рявкнул король.

Дождавшись, пока все удалились, король слез с трона и подошел ко мне.

— Догадываетесь, зачем вы здесь?

— Нет, Ваше Величество, не могу себе и представить.

— Все вы прекрасно понимаете, Бертелани.