И потом, у меня контракт, но дело даже не в этом, я вообще не люблю метаться в поисках лучшей доли… Я просто очень верный человек по натуре, – чуть смущенно улыбнулась она. – Если мне хорошо, а мне сейчас на канале хорошо, зачем я буду…

– Наташа, вы… вы какой-то бронтозавр, что ли… Во всяком случае в нашей среде.

– Комплимент сомнительный, надо заметить, – рассмеялась Наташа.

А у него от этого смеха все внутри перевернулось.

Появился молоденький официант, принес кофе, корзинку с пирожными и вазу с фруктами.

– Наташа, рекомендую, пирожные тут отличные."

"Сейчас она скажет, что в рот не берет пирожных… Но она с любопытством разглядывала их, потом положила себе на тарелку эклер и корзиночку.

– Обожаю сладкое! – чуть смущенно проговорила она.

И он сразу вспомнил, как в питерском кафе она с наслаждением уплетала торт, перед тем как он подошел к ней.

– Правда, вкусно! И кофе отличный! Глеб Витальевич, а здесь есть бильярд?

– Бильярд? Есть. А вы что, играете?

– Да. Обожаю, но с тех пор как работаю у вас, ни разу не играла, времени совсем нет.

– А я никогда даже не пробовал… Как-то не тянуло.

– О, так вам надо научиться… Это кайф!

Он смотрел на нее с таким восторгом, что самому стало неловко.

А она, казалось, ничего не замечает. Значит, я триста лет ей не нужен. А она… такая настоящая вся… Я, кажется, ее люблю, как ни дико это звучит…

В этот момент на балконе появился огромный серый кот. Сел и уставился на людей совершенно круглыми оранжевыми глазами.

– Боже, какая красота! – всплеснула руками Наташа. – Кис-кис, иди ко мне.

Кот не трогался с места.

– А ведь он какой-то здорово породистый!

– О да! Это вислоухий британец. Местная достопримечательность по кличке Кузя, практически мой тезка! – засмеялся Кузьмин.

– Или однофамилец!

Кот дернул коротким толстым хвостом и с важным видом удалился.

– Вы еще и в кошачьих породах разбираетесь?

– Да, Наташа. Я обожаю кошек. У меня за городом две кошки и кот, правда, беспородные. Но мне это не мешает.

Как он на меня смотрит… У него такие теплые глаза и вообще, от него исходит какое-то тепло, вдруг опомнилась Наташа. Он что, влюблен в меня? Только этого не хватало. Черт побери, а ведь у Артура в последнее время взгляд какой-то совсем холодный.

Я только сейчас это поняла.

– Глеб Витальевич, перерыв закончился, – заглянула к ним какая-то девушка.

– Да-да, иду! Простите, Наташа, мне и впрямь пора… А вы до вечера свободны. Ну, если вдруг понадобитесь, вас найдут. Извините, что не проводил до номера. Лифт вон там…

– Спасибо, большое спасибо.

Наташа осталась в полном смятении. Она взяла сумку и поднялась в номер. Это была большая уютная комната, как в лучших отелях Европы. И балкон, где стояли два кресла и крохотный столик. Она повесила вещи в шкаф.