— Но кто поручится за то, что они не вернутся в другой день? Сейчас я им помешаю, но через неделю они всё равно добьются своего. Разве не так? Придут в квартиру Наташи и совершат задуманное. Кто при этом пострадает? Наташи, наверное, в тот день не будет дома. Но вместо неё погибнет её мама? Разве это хороший вариант?

Я вопросительно вскинул брови. Лена покачала головой.

— Нет, — едва слышно ответила она.

В уголках её больших глаз вновь скопилась влага.

— А потом они снова подбросят нож… или это уже будет пистолет… в вещи моего брата, — сказал я. — Или сюда, в эту нашу квартиру, чтобы в смерти Наташиной семьи обвинили меня. Мы будем знать, кто это сделал. Но кто же нам поверит? Милиционеры раскроют тройное убийство «по горячим следам». Получат повышение по службе, звёзды на погоны и премии.

Усмехнулся и тихо добавил:

— А меня или моего брата расстреляют. Как это случилось вон там.

Я указал на папку с «делами».

Добавил:

— Если, конечно, мы сюда не приплетём ещё и Олега. Тогда, вполне возможно, что ты и твои родители тоже пройдёте через все эти разбирательства, через какие прошли мои папа и мама. Ты помнишь, что рассказывал мой отец? О том, что они пережили до и после казни Кирилла. Ты ведь не хочешь поучаствовать в этих событиях… наяву?

Лена помотала головой, всхлипнула.

Я пожал плечами и сказал:

— Вот поэтому я так и поступлю. Другого выхода я не вижу. Кто бы завтра ни пришёл к Тороповым, на свих ногах они из той квартиры не выйдут. По-другому нельзя. Ты и сама это теперь понимаешь. Я не убью их, обещаю. Но обвинения в нанесении особо тяжких телесных повреждений заработаю. Жалости у меня к этим людям нет. Я их ещё не знаю, но уже ненавижу.

Лена размазала по щеке слезу. Её пальцы сжали моё плечо.

— Неужели нет другого выхода? — спросила Котова.

Я покачал головой.

— У нас есть только один верный шанс спасти Наташу, её семью и моего младшего брата. Он будет завтра. И другой возможности уже не случится, если мы спугнём или упустим эту. Поэтому я раньше тебе ни о чём и не говорил. Чтобы мой рассказ не повлиял на завтрашние события. Всё случится, как сказано в моих записях. Вот только завтра никто не умрёт.

Я пальцем смахнул с Лениного подбородка слезу и уточнил:

— Потому что я этого не допущу.

Котова вздохнула. Склонила голову.

— Серёжа, ты гонишь меня в Москву, чтобы я завтра ничего не испортила? — спросила она.

— Ты поедешь в Москву, потому что завтра начнутся очень неприятные вещи. Меня задержат и посадят под замок: я не сбегу и не стану прятаться. В общежитии и в институте обо мне будут говорить очень неприятные для нас с тобой вещи. Не хочу, чтобы ты всё это слушала и во всём этом участвовала. Если ты побудешь у Насти — тебя к этому всему точно не приплетут.

Я погладил Лену по спине.

— Погостишь немного у Бурцевых.