Напротив него — ротмистр — молодой щеголеватый, перетянутый скрипучими ремнями офицер с идеально сидящей на нём формой. Подстриженный en brosse[64], он фиксатуарил усы, имел умный и пытливый взгляд, был красив и прекрасно это осознавал. Чувствовалось, что жандармская стезя — его стихия.
В открытые, выходящие во двор окна влетал свежий ветер, колыхавший занавески, а на маятнике настенных часов играл солнечный зайчик. От офицеров исходил запах одеколона.
— Господа, прошли сутки после нашего вчерашнего совещания.
— Позволите? — осведомился ротмистр.
— Слушаем вас, Павел Константинович.
— Первым делом нам необходимо привлечь полицию, которая ведёт список въехавших в Ростов и Нахичевань лиц за последнюю неделю.
— Лучше прочтите, — сказал столичный гость.
Офицер кивнул и принялся читать:
— В отношении каждого прибывшего в Ростов и Нахичевань лица околоточным надзирателям следует установить:
1) проживал ли прибывший в данном доме ранее и был ли известен домовой администрации;
2) какова цель его приезда, к кому он прибыл и соответствуют ли его поступки заявленной цели прибытия.
3) какова внешность и манера держаться прибывшего? Выглядит ли он интеллигентом, полуинтеллигентом, рабочим или студентом. Соответствует ли степень интеллигентности приезжего его внешнему виду? Если это студент, то необходимо выяснить его учебное заведение.


















Комментарии
Добавить комментарий