Поразмыслил, и всё же составили на бумаге список продуктов, нужных для приготовления тортов. И набросал примерный план подготовительных работ.

Согласно этому плану я в четверг вместе с Вовой Красильниковым прошёлся по общежитию, заглянул едва ли не во все комнаты. Составил ревизию имевшейся в общаге кухонной посуды. Реквизировал у студентов ёмкости для приготовления теста, кастрюли для варки крема и глазури. Вместе с Артурчиком Прохоровым съездил в «Универмаг», вынес оттуда через служебный ход свёрнутую в неказистый рулон обёрточную бумагу (все эти метры обошлись мне в символических три рубля). В пятницу Котова и Кирилл вырезали из картона по шаблону шестьдесят две заготовки — будущие коробки под торты. Пока они работали ножницами, мы с Красильниковым и Мраморовым совершили полдюжины рейдов по магазинам, превратили двести тринадцатую комнату в продуктовый склад.

Ночь с пятницы на субботу я провёл в комнате Вовы Красильникова и Паши Мраморова: спал на расстеленном на полу матрасе. Кир и Артурчик переночевали у соседей. В нашей четыреста тринадцатой комнате мы на ночь оставили открытым окно, чтобы не испортились припасённые для изготовления тортов продукты. В субботу двадцать девятого декабря я один из первых получил зачёт по физике (физик ошалел от моего напора — он растерялся и позабыл о дополнительных вопросах). В общаге я рекрутировал троих беспечно куривших в коридоре студентов. С их помощью перенёс на кухню четвёртого этажа три дополнительных стола. В очередной раз проверил исправность газовых плит. Принял душ, надел чистое нижнее бельё, будто перед походом в атаку на вражеский редут.

Двадцать девятого декабря, за семь с четвертью часов до полуночи мой кондитерский отряд в полном составе собрался на кухне.

Студенты выглядели весёлыми, взволнованными.

Я толкнул перед ними мотивационную речь и подал сигнал к началу работы.

* * *— На втором и третьем этажах бисквиты готовы, — отчиталась Котова. — Как у вас?

Я поднял голову, взглянул на перешагнувшую порог кухни Лену. Отметил: на её скулах алел румянец, из-под ярко-алой косынки на виске выглянула прядь каштановых волос, а на щеках Котовой блестели извилистые влажные дорожки. Красильников и Мраморов встрепенулись, активнее заработали ложками: помешивали варившийся в кастрюлях крем. От стены отклеился Вася Ковальчук. Он метнулся к газовым плитам, поочерёдно заглянул в каждую из трёх духовок.

— У меня ещё не готово, — сказал Вася. — Минут по пять-семь осталось.

— Задерживаешь! — заявила Котова.

Ковальчук вжал голову в плечи — бросил на меня взгляд, словно попросил защиту от грозной Бригадирши, как обозвали Лену студенты-кондитеры.

— Вова, Паша! — сказала Котова.