Фёдор вскочил с лавки, указал на меня рукой и заявил:

— Пацаны, это тот самый гад, о котором я вам говорил! Так и знал, что он вместе с этой дурой сюда припрётся!

Федя грозно сжал кулаки.

Меня и Фёдора Тартанова разделяли примерно пять метров застеленного подгнившими досками двора. Я преодолел их за две секунды. На «двоечку» не расщедрился — нанёс Феде только «прямой в челюсть».

Фёдор взмахнул руками, закатил глаза.

Четверо молодых мужчин и тощая Зина даже не пошевелились, пока Тартанов падал на землю.

Я обвёл взглядом собравшихся около стола людей и спросил:

— У кого-то ещё есть ко мне претензии?

Мужчины и тощая девица покачали головами."

"За моей спиной громко хмыкнул Артурчик.

— Замечательно, — сказал я. — Тогда никого не задерживаю, товарищи. Все свободны. Валите отсюда.

Наблюдал за тем, как приятели лежавшего на земле Феди Тартанова друг за другом поспешили к калитке. Около стола они оставили два черенка от лопат или граблей и похожую на дубину толстую ветку. На столе я увидел недопитые бутылки с пивом.

Заметил, что вслед за мужчинами дёрнулась к выходу со двора и тощая девчонка.

Скомандовал:

— Зина, останься.

Тартанова замерла, словно посмотрела в глаза Медузы Горгоны.

— За братом проследи, — сказал я, — пока он не очнётся.

Обернулся и встретился взглядом с глазами Анастасии Бурцевой.

Усмехнулся.

«Ну вот, Сергей Леонидович, — мысленно обратился я сам к себе, — „опора“ созрела. Где там твой „рычаг Архимеда“? Ты ведь всё ещё намерен перевернуть Землю?»

Глава 22

На крыше дома ворковали голуби. По небу метались крикливые чайки — они будто неразборчиво ругались на всех и вся смачными «морскими словечками». Я следил за тем, как Бурцева хозяйничала в доме подруги, собирала свои вещи: изредка я видел в окне очертания её фигуры. Заметил, что Артурчик не скучал: он нашёл на столе непочатую бутылку пива, живо её откупорил и смотрел на окружающий мир со счастливой улыбкой. Мы с Кириллом лениво срывали с дерева ещё зеленоватые абрикосы, лениво жевали их (дегустировали «дары природы»). Брат и сестра Тартановы следили за нами, хмурили брови. Фёдор вышел из нокаута относительно быстро. И почти пришёл в себя, к тому времени, когда Настя Бурцева вышла из дома с большим потёртым чемоданом в руке.

— Я всё собрала, — сообщила Анастасия. — Можем идти.

Я заметил, что «ноша» тянула её к земле — на шее Бурцевой под загорелой кожей напряглась тонкая жилка.

— Всё, так всё, — сказал Артурчик. — Надеюсь, что возвращаться мы сюда не будем.

Он без особого энтузиазма посмотрел на чемодан. На чемодан взглянул и Кирилл: он будто прикинул, кто потащит эту громадину до пансионата.