– С вами двумя все ясно, – перебил перепалку, достойную детского сада, Уильям, – но куда вы дели Дороти? Картер, невеста от тебя все-таки сбежала, как я предсказывал?

Тот покосился на меня с мольбой в опухшем лице. Ежу было ясно, что он просто не в состоянии выдать ни одной оформленной мысли, которая не прозвучала бы полной ахиней.

– Физически Дороти с нами, но она совершенно не похожа на себя, – осторожно начала я и добавила: – Говоря «совершенно», я имею в виду, что ее родная мама не узнала бы, даже если бы напряглась. Нам повезло, что она сирота.

Уильям одарил меня убийственным взглядом.

– И где она?

Мы с Картером переглянулись, понимая, что прямо сейчас подошли к самой сложной части. Хорошо, что Брент-старший уже был подготовлен, в смысле, сидел.

– Знаешь, брат, это такая запутанная история… – промямлил мой сообщник.

– Она превратилась в жабу после того, как поцеловала Картера, и у меня не получается ее расколдовать, – напрямую объявила я, с наслаждением проследив, как Уильям поменялся в лице.

– Постой-ка, ты имеешь в виду ту самую жабу… – через паузу уточнил он, для чего-то ткнув пальцем в закрытую дверь.

– Сейчас она уже кошка, – поведала я.

– Какая кошка? – выдохнул Уильям.

– Лысая. Кстати, она сбежала, – заметила я.

– То есть по нашему дому шарит лысая кошка, которая была жабой, которая до того была человеком?!

– Как-то так, – согласно кивнула я.

– Вы издеваетесь? – с надеждой глядя на икающего брата, уточнил он.

– Эволюция – страшная вещь, брат. Никого не щадит, – промямлил Картер. – Я сам видел. Она все время в кого-нибудь превращается, то в жабу, то в ящерицу, то в злобного демона.

– А еще эволюцией Дороти заразил он сам, – тут же заложила я главного виновника случившейся неразберихи.

– Из-за твоего мерзостного приворота! – взвился он.

– Именно мои привороты никого в земноводных не превращают! – парировала я. – Нечего к модисткам бегать! Не превратился бы в жабу, ничего бы не случилось…

– Тихо! – Уильям хлопнул ладонью по столу, отчего мы моментально заткнулись и уставились в его сторону в немом изумлении. – И когда ты вернешь Дороти нормальный вид, госпожа ведьма?

– Когда найдется Томми, – совершенно серьезно объявила я.

– Кто такой Томми?! – выказывая редкое единодушие, в унисон рявкнули братья.

– Чего вы кричите среди ночи? Флинта разбудите, – охнула я. – Томми – это исчадие ада, которому надо руки оторвать и сжечь, чтобы обратно не прирастил.

Последовала долгая пауза, намекавшая, что мои кровавые мечты о том, как четвертовать криворукого кузена, в головах братьев приживаться решительно отказывались и вообще-то мало чего объясняли. Подозреваю, что Бренты думали, будто я шучу.

– А поточнее? – сухо произнес Уильям.