Посмотришь – не поверишь, что в Сельгросе, как заправский ловелас, перепортил треть прядильной мануфактуры.

– Подставил преемницу Нортон, теперь молчи уж! – замахнулась на него Брит, и братец вжал голову в плечи.

– Пусть живет, – отказалась я от кровавой мести. – Если бабка превратит в козла, свяжись со мной. Расколдую.

Щелкнув пальцами, я загасила зеркало и вышла из чулана.

– Ты выяснила, как превратить Дороти в девицу? – с нетерпением уточнил Картер. Он держал лысое пучеглазое чудо ведьмовской мысли на руках, чесал за розоватым большим ухом и даже позволял ласково прикусывать палец.

– Кому расскажешь – не поверят, – пробормотала я.

Видимо, потрясение тем фактом, что я единственная оказалась в дураках, очень живо отразилось на лице, и Уильям осторожно уточнил:

– Плохие новости?

– Ну как плохие… Наша кошка никогда не превратится в человека, потому что она жаба.

– Тоже мне, открыла новый закон ведьмовства, – фыркнул Брент-младший.

– Картер, говоря «жаба», я имею в виду, что ты принес ко мне в лавку самую обычную болотную жабу…

Уильям кашлянул в кулак, пытаясь подавить издевательский смешок, и заметил:

– Какое счастье, что ее эволюция закончилась! Страшно представить, какая бы девушка из нее получилась.

– Проклятье, я гениальна! – прошептала я. – Как темная Богиня, мать всех колдовских тварей.

Картер несколько сошел с лица, осторожно пересадил лысую кошку с колен на кровать и вымолвил:

– Слушай, темная Богиня, мать колдовских тварей… Ты хочешь сказать, что на самом деле Дороти пропала?

Я кивнула и уточнила:

– Или сбежала из-за того, что ты не умеешь держать штаны завязанными.

– Ты же сможешь ее отыскать? – быстро спросил Уильям.

– Могу.

– Что для этого надо?

– Карту королевства и десять золотых.

– Ты собираешься с нас снять деньги в такой трагичный момент? – возмутился Картер. – Я думал, что мы друзья.

– Мы, безусловно, друзья, но не пытайся, мой закадычный друг, давить на жалость, – покачала я головой. – Скажи спасибо, что я не требую компенсацию за уже сотворенное добро…

– Договорились, – спокойно перебил меня Уильям. – Десять золотых.

Он стоял, привалившись плечом к пустой посудной горке, отселенной за ненадобностью в охотничий домик из особняка.

– Хорошо, – вдруг почувствовав себя скупердяйкой, кивнула я.

Мы пожали руки. Не сводя с меня взгляда, Уильям бросил своему младшему брату:

– Деньги заплачу из твоего ежемесячного содержания…

В охотничьем домике нашлось целых три карты королевства. У одной не хватало восточных провинций, у другой – прибрежных районов. У последней карты посередке зияла дыра, а на горной гряде, красовался кофейный кружок, словно отметивший место, где находился замок Нортон.