Хотя мне уже начало казаться, что подарок попросту не работает в нашем мире. Поэтому я решил расспросить Авдотью про все замеченные мной странности. Но не сейчас. После ужина.

— Давайте поблагодарим Искупителя за то, что он дал нам этот день, — произнесла девушка перед тем, как приступить к трапезе. — Я благодарна за то, что дорога привела вас к нам. Вы оказались поблизости и отбили лошадь от волков.

— Она будет в порядке? — обеспокоенно уточнил Зимин. — Раны выглядели угрожающими.

— Лекарь сказал, что благодаря льду, который ваш миньон приложил к местам укусов, животное не истекло кровью.

У меня бы не вышло доставить ее сюда без вашей помощи.

— Но отбить ее у стаи вы сумели бы, верно? — не смог смолчать я.

— Скорее всего да, — не стала отпираться девушка и улыбнувшись, продолжила, — Я живу здесь очень давно. Лес знаю. Волков не боюсь.

— А болота вас не пугают? — не стал ограничиваться в вопросах я.

— Меня пугает, что молодая кобыла не сможет вытолкнуть из себя слишком крупного жеребенка. Беспокоит, что в дальнем колодце вода становится солоноватой, — отозвалась Авдотья.

— Я переживаю о том, чтобы мы смогли запасти достаточно сена для зимы, чтобы крыша в амбаре не протекала и зерно не заплесневело, чтобы генераторы не подвели. Как вы понимаете, господин, у меня хватает забот, кроме того, чтобы думать о болотах, к которым наши конюшни не имеют никакого отношения. Мы находимся от этих мест достаточно далеко, и мошка или вредные испарения до нас не добираются.

— А как же болотный народ, о котором говорят деревенские? — не унимался я.

— Вот их и спрашивайте об этом народе, — девушка подвинула к себе тарелку.

— Я недолго прожила в деревне. Да и за пределы двора Никон меня никогда не выпускал. В его доме я исполняла всю возможную работу, которая была мне по силам. И даже та, с которой я не справлялась, все равно доставалась мне. Только делать ее приходилось долго. Иногда к ночи я так уставала, что падала спать на кровать прямо в одежде. А просыпалась задолго до рассвета, чтобы выполнить все наказы.

— Во сколько лет вы покинули отчий дом? — тихо поинтересовался Стас.

— Он мне не отчий, — отрезала Авдотья, а затем добавила более спокойным тоном.

— Когда брату исполнилось четыре года, Двушкин завел себе первую полюбовницу. В тот раз барин во всеуслышание от меня отказался и сослал в город. Правда, ненадолго. Через месяц он приволок меня обратно в дом, чтобы я присматривала и ухаживала за его сыном. Потому что его зазноба не особо интересовалась ребенком и не заботилась о нем. Только поэтому этот человек поселил меня на конюшнях, а не выслал в город как сестер.