- Мне хватило увидеть могилу покончившей с собой женщины и мужчину-пьяницу, в котором мало чего осталось от человека, - буркнул мужчина и пожал плечами. – И признать, что мой путь сделал меня тем, кто я есть. Видеться с братьями и сестрами мне незачем. Никто из них никогда не пожелал бы узнать, что мы родня.

- Мне…- начал я, но Зимин полоснул меня недобрым взглядом.

- Не вздумайте меня жалеть, Павел Филиппович. Мне этого совсем не надо. Поверьте, я бы не хотел другой жизни. И точно не пожелал бы поселиться в доме своего настоящего папаши, чтобы бояться, что меня отравят многочисленные претенденты на титул.

Мне по вкусу свобода, которой у меня не было бы, если я остался с обиженной мамашей и недалеким батей.

На это я лишь кивнул и решил, что не хочу лезть к Станиславу Александровичу под кожу. В конце концов, он на самом деле не производил впечатления страдающего от тяжелой судьбы. Даже когда не был Морозовым.

- Вы меня здесь бросите, да? – раздался неуверенный и удивленный голос девушки, которая уже немного освежилась и подошла к нам ближе.

Она попыталась привести себя в порядок, собрав волосы в подобие косы. Но возможно, раньше за ней ухаживала прислуга и потому Марфушечка не сумела укротить прическу.

А вот косметику с кожи она стерла снегом. И от этого ее лицо сделалось намного приятнее. Даже несмотря на красноту.

- Мы отвезем вас на конюшни.

Марфушечка попятилась:

- Зачем? - с недоверием спросила она и уточнила. - Сечь будете?

- Искупитель с вами, - фыркнул Стас. – Мы оставим вас там на ночь, пока вас не заберет кто-нибудь из Новорильска.

- Там убили моего отца, - она шмыгнула носом. – И вы отдадите меня этим душегубам?

- Да жив ваш батюшка, - с раздражением ответил я.

– Никто его не пришиб и не поднял на вилы. Он отделался легким испугом и, возможно, расстройством желудка. Олег Олегович выпил квасу и пошел спать, насколько мы знаем.

Девушка прижала ладони к груди.

- Вы не шутите? - с надеждой спросила она.

– Вы сбежали раньше, чем увидели, что мы остановили толпу и не позволили случиться дурному.

- Отвезите меня домой, - с неожиданной спесью заявила девица и задрала подбородок. – Немедля.

- Либо на конюшни, либо сидите тут и ждите у моря погоды, - сурово оборвал ее Зимин.

- Чего ждать? - не поняла Синькова.

- Осени, - отмахнулся я. – мы не станем возвращаться в город, чтобы доставить туда ваше непротрезвевшее тело.

- Я поминала папеньку, - с вызовом пояснила девушка.

- Рановато начали, - буркнул Зимин, возвращаясь к Волге и открывая багажник. - Но, возможно, его казнят чуть позже. И ваша репетиция была ненапрасной, – Невероятно…

- Что? – насторожился я.

- Тут канистра топлива, - весело отозвался мужчина.

- Не может быть, - удивилась девушка. – Машина перестала ехать, потому что в ней нет бензина.