Нет, Дрэй, я ни в чем не упрекаю тебя и прекрасно понимаю, почему ты поступил так, как поступил. Должно еще не значит желаемо. Но мне от этого не легче. Авандус и его Ищущие да Очищающие все больше лютуют, и горят костры на площадях.

Остается только надеяться на чудо, что изменит все, и мне кажется, что это чудо может случиться. Клянусь монеткой корабелов, моя затея с Советом богов, о которой я тебе говорил, удалась. Выход есть! Те люди – посланцы богов, что передадут тебе это письмо, нуждаются в твоем совете и помощи для того, чтобы постигнуть суть нашей общей беды и отыскать правильное решение.

Как государь подданного, как воспитанник наставника, как друг – друга. Прошу тебя, Дрэй, окажи им всю возможную помощь. Надеюсь на скорую встречу» .

В конце этого на первый взгляд легкого, пронзительно откровенного и не по-детски умного письма, содержащего не один пласт намеков, стояло простое имя – Шарль и на капле синего сургуча был выдавлен оттиск королевской печати – сокол, чем-то неуловимо смахивающий на дракона.

– Отлично, ваше величество, – промолвил Лукас, закончив чтение. – Лучшего рекомендательного письма я еще не видел. Кстати, возвращаю вам подарок лорда Дрэя. Он нам очень пригодился. Благодарю!

– Не стоит благодарности, помогая вам, я помогаю Дорим-Аверону, – просто ответил король, отложив ручку, принял от мага свою монетку-талисман и вновь бережно спрятал ее на груди.

– Так, письмо одобрено большинством, запечатываем! А то из Гала слова не вытянешь, ладно бы хорошего, так и худого-то тоже, – подхватился с кресла Рэнд и, без помощи всякой магии вырвав из пальцев мага документ, ринулся к столу, где уже был приготовлен плотный конверт с эмблемой команды, синий сургуч для печати и свеча.

– Чем занимаешься, Шарль? Как тебе чипсы? Рисуешь? – поинтересовалась Элька, кивнув на рисунок диковинного сада.

– Да, госпожа, эти хрустящие кружочки очень вкусны. А ручка такая удобная, как углем пишешь, – чуть смутившись, похвалил король. – Не то что наши перьевые, капают все время некстати да бумагу рвут, а из Мильвиля почти сразу после кометы хорошие перья возить перестали.

– Будет! – тут же заверила юношу Элька и решительно метнулась к тому же шкафу, из которого Рэнд доставал бумагу.

Пока вор запечатывал письмо оттиском королевской печати, ловко одолженной у Шарля прежде, чем было испрошено разрешение, Элька выгребала с полок во вместительный широкий подол платья всякую всячину.