Однако угол несколько отличался, и, кроме того, на этой улице стояли лишь частные дома, а я была почти уверена, что та комната находится в многоквартирном доме. Я проехала еще по нескольким улицам и обнаружила то, что искала: несколько кварталов с многоквартирными домами.

Первое здание выглядело слишком хорошо для того, чтобы совпасть с моим видением. Та студия была невзрачной и запущенной. Еще два дома на этой улице казались более вероятными кандидатами. Я подъехала к каждому из них поочередно и обошла вокруг, пытаясь представить, какой вид открывается с этажа повыше.

Эх, жаль, что в трансе я не разглядела парковку у дома! Тогда мне яснее бы было, какой этаж требуется. Поразмыслив, в конце концов я решила, что студия находится на третьем или четвертом этаже. Поскольку один из домов был двухэтажным, нужный определялся методом исключения.

Зайдя внутрь, я порадовалась, что прихватила с собой антисептик для рук. Коридоры выглядели так, словно здесь год не подметали. Стены – грязные, с облезающей краской. На полу валялся всякий мусор. В углах висела паутина, и я от души понадеялась, что здешний список ползучих тварей исчерпывался пауками.

Если я увижу таракана, то могу и броситься наутек. В здании не имелось консьержки, которую можно было бы расспросить, поэтому я перехватила выходящую из дома женщину средних лет. Она остановилась, настороженно всматриваясь в меня.

– Здравствуйте, – сказала я, надеясь, что выгляжу неугрожающе. – Я ищу своего друга, но не знаю, в какой квартире он живет. Может, вы его знаете? Его зовут Маркус. У него татуировка на щеке.

Увидев непонимающий взгляд, я повторила вопрос по-испански.

Теперь она поняла, но, едва лишь дослушав вопрос до конца, коротко качнула головой. Я даже не успела показать ей фотографию Маркуса.

Следующие тридцать минут я повторяла свой вопрос всем, кто входил и выходил из дома. Единственное, теперь я стояла у дверей, предпочитая ярко освещенную улицу замызганному подъезду. Некоторые жильцы определенно не заслуживали доверия, а двое парней смерили меня взглядами, которые мне совершенно не понравились. Я уже готова была сдаться, когда подошел маленький парнишка. На вид ему было лет десять, до этого он играл на парковке.

– Я знаю парня, которого вы ищете, – сказал мальчик по-английски. – Но его зовут не Маркус, а Дейв.

С учетом того, как трудно оказалось найти Маркуса, я совсем не удивилась, узнав, что он назвался другим именем.

– Ты уверен? – переспросила я и показала мальчику фотографию. – Это он?

Паренек закивал.

– Верхний этаж, четыреста седьмая квартира.

Я поблагодарила его, вернулась в подъезд и поднялась на четвертый этаж по лестнице, поскрипывающей на каждом шагу.