Но она совершенно точно солгала, когда сказала, что алхимикам ничего не известно о Маркусе, ибо он должен был быть печально известен даже самой верхушке. Даже если она и не знала о мастере Джеймсоне, это не меняло того факта, что алхимики – высокопоставленные алхимики – водятся с опасными знакомыми. Возможно, мне не всегда нравились их методы, но мне отчаянно хотелось верить, что они действуют на благо мира. Может, это так. А может, нет. Я больше ни в чем не была уверена.

Когда я оторвала взгляд от застывшего изображения мастера Джеймсона, то обнаружила, что Маркус наблюдает за мной.

– Ты готова? – спросил он.

– К чему готова?

Он отошел к другому столу и вернулся с небольшой коробкой. Когда он открыл ее, я увидела флакончик с серебристой жидкостью и шприц.

– Что это… а! – До меня дошло. – Это кровь, которая обезвреживает татуировку.

Маркус кивнул.

– При извлечении стихий происходит определенная реакция, и она делается серебряной. На это требуется несколько лет, но постепенно золото на твоей коже тоже сменится серебром.

Все смотрели на меня выжидающе, и я отступила на шаг.

– Я не знаю, готова ли я к этому.

– Зачем ждать? – спросил Маркус. Он указал на ноутбук. – Ты сама видела. Ты знаешь, на что они способны. Неужели ты сможешь и дальше лгать себе? Неужели ты не хочешь идти вперед с открытыми глазами?

– Ну… хочу, но я не уверена, что готова к тому, чтобы мне вкалывали какое-то странное вещество.

Маркус наполнил шприц серебристой жидкостью.

– Я могу продемонстрировать на своей татуировке, если тебе так будет проще. Мне это не повредит, а ты увидишь, что никаких ужасных побочных эффектов нет."

"– Мы не знаем в точности, что они что-то делали со мной! – попыталась возразить я.

Доводы Маркуса были логичны, но этот шаг по-прежнему пугал меня. Я чувствовала, что руки мои дрожат. – Ты можешь напрасно потратить зелье. Возможно, в меня не заложили никакой принудительной верности организации.

– Но ты не знаешь этого точно! – возразил он. – А в начальную татуировку всегда закладывают немного лояльности. Ну, в смысле, не столько, чтобы ты превратилась в раба или робота, но все-таки. Разве тебе не хочется знать, что этого больше нет?

Я не могла оторвать взгляда от иголки.

– Я почувствую какую-нибудь разницу?

– Нет. Но ты сможешь выйти на улицу и заговорить с первым встречным о вампирах.

Я не понимала, шутит он так или нет.

– Правда, тогда тебя отправят в психиатрическую лечебницу.

Готова ли я к этому? Действительно ли я собираюсь сделать еще один шаг к тому, чтобы присоединиться к вольным стрелкам Маркуса? Я прошла его испытание – в котором он оказался прав. Определенно, его группа небесполезна. У них есть связи и среди алхимиков, и среди Воинов.