— На брачную церемонию не приглашаем, — из раздумий вырвал резковатый голос Стефана. Любимый, обвивая меня сильными руками, поглядывал на Кристиана в ректорском кресле исподлобья. — Извини.

— И сам не приеду, — равнодушно выдал тот. — Много дел.

— Нам пора.

Стефан развернулся и повлек нас к порогу.

— Вероника, — в спину донесся рык Терьена, — не держи на меня зла. Я во многом был неправ. И сожалею.

Хмыкнув, дернула плечом, не очень-то веря в раскаяние бывшего, и тут из приёмной в кабинет влетела запыхавшаяся, раскрасневшаяся студентка Рид.

Увидев нас, она смутилась:

— Ой, доброе утро.

— Доброе, Мелиса, — я вежливо улыбнулась сводной сестре и, не задерживаясь ни секундой дольше, вместе с Истинным вышла в приёмную.

Сзади послышался звук сдвигаемого кресла, шелест одежды и отголоски страстных объятий. Кристиан выпрямился и обнял подбежавшую к нему девушку.

Меня это уже не интересовало.

Теснее прижалась к боку любимого и, опираясь на сильный локоть, через минуту покинула главный корпус. Перед выходом Стефан на пять минут заглянул в лазарет — проведать идущего на поправку напарника Жантэ, и вскоре вместе со мной шагал по хрусткому снегу к преподавательскому общежитию."

"Багаж был собран заранее, обе комнаты освобождены.

Я надела теплое зимнее пальто, обулась в меховые сапожки, сунула руки в кожаные перчатки и напоследок оглядела личные, отделанные в зеленых тонах, апартаменты.

Буду ли я скучать по Академии? Немного.

Но впереди столько событий, что вероятно моё непродолжительное приключение в суровом приграничном краю вскоре сотрется из памяти. На смену придут спокойная семейная жизнь с любимым мужем, рождение и воспитание ребенка, обустройство быта в столичном особняке, поступление на последний курс Академии. Да много всего!

— Готова, Ника?

Стефан бесшумно, опьяняя потрясающими ароматами лимона, мяты и сандалового дерева, приблизился и поцеловал меня в висок.

Позади дракона плыли, связанные вместе, три саквояжа.

Я посмотрела жениху в глаза, кивнула и, позволив ему переплести наши пальцы, поспешила в коридор.

Через пятнадцать минут, устроившись в теплом салоне дилижанса, мы уже катились по заснеженному тракту. Мимо плыли могучие, присыпанные снегом дубы и ели, где-то вдалеке, просвечивая сквозь стволы, мелькал угол величественной Академии.

Стефан обнял меня за талию, дав возможность прильнуть к его боку теснее. Я была только «за». Зевнув — прошлой ночью нам с любимым было не до сна, охотно устроила голову на твердом мужском плече и прикрыла глаза.

— Люблю тебя. — Глухо признался Истинный под мерный шорох колес по снегу.

Знаю и так. Но услышать это из уст избранника — всякий раз невероятно приятно.