Сколько вон пятисотых было в бригаде, с началом войны, да? Где они, и где вы? Вы – здесь. Не смотря ни на что. Вы здесь, и вы работаете и за себя, и за «того парня», который уклонился от выполнения своих обязанностей военной службы…

- Да уж, - кивнул Антон. – Война быстро всё расставила по местам. Быстро показала, кто в реальности чего стоит. Интересно, как мы с ними после войны жить будем? Как будем ходить по одним улицам? Как будем забирать своих детей из одного детского сада? У них ничего не щёлкнет в голове?

- Не щёлкнет, - ответил Трофимов. – Их отличие от тебя в том, что они живут для себя.

А ты – для себя и для всего общества, но в первую очередь, выходит, что для общества, для Родины, то бишь. Это совершенно разные смыслы, осознать которые дано далеко не каждому. Тот, кто себя любит, кто страдает нарциссизмом, тот никогда не ляжет грудью на амбразуру – такой исход не для него. Запад специально нам насаждает либерализм – это, если коротко, как раз и есть то себялюбие, которое ставит личные интересы выше интересов общества. Чтобы мы, большой русский народ, были разобщены, чтобы нас не сплачивала общая идея, чтобы мы не знали, что такое ответственность одного за всех и всех за одного, чтобы мы не знали, что такое самопожертвование ради общего дела.

- Товарищ майор, но и разбрасываться жизнью тоже не стоит, как это любят делать наши большие командиры, - возразил Лёня. – Эдак нас до победы не хватит.

- Правильно, не стоит, - согласился Юра. – Поэтому, никакой бравады и пренебрежительного отношения к собственной жизни я от вас не жду. Везде должен быть разумный компромисс, и если так случится, что вы окажетесь под угрозой бессмысленной гибели, я, как командир, обязательно позабочусь о том, чтобы обезопасить вас, вывести из-под удара… Вы Родине пользы больше принесёте живые, чем не живые.

- Товарищ майор, - улыбнулся Лёня. – Я теперь всегда буду пользоваться вашим обещанием, и напоминать при случае…

- Добро, - улыбнулся Юра в ответ. – Если не будешь злоупотреблять оказанным доверием.

- Идёт, - согласился Лёня.

- Если что, - вмешался Антон. – Я тоже в теме.

- А про тебя – подумаю, - рассмеялся Трофимов.

Понаблюдав, как Лёня запускает на разведку «Мавик», Юра вернулся в «свой» дом, где выслушал короткий доклад старшины, оповестившего его о замеченных в поле передвижениях за пределами дальности снайперского огня.

Практически сразу ожила рация.

- «Восток» – «Утру»!

Юра прижал кнопку передачи:

- «Утро», «Восток» на связи.

- Вижу движение. Со стороны Петровки три группы пехоты по десять человек.

- Сейчас вернусь к вам, - сказал Трофимов.

- Началось? – спросил Максим.

- Да, - кивнул Юра. – Почався в колхозе ранок.