Словно сама природа грустила со мной в этот момент.

Я не сразу поняла, что Корвил приехал не один. Рядом с Дереком стоял высокий худощавый мужчина с русыми волосами, собранными в низкий хвост и внимательными карими глазами. Он что-то настойчиво говорил герцогу, а тот молчал, продолжая упрямо разглядывать парк.

На слугу или личного секретаря этот незнакомец был непохож. Уж слишком дорогой была его одежда, да и сами манеры и выправка выдавала в нём мужчину благородного происхождения. Тёмно-коричневое пальто распахнуто, в пройме виднелся бордовый шейный платок, украшенный булавкой с рубинами.

Именно этот мужчина первым увидел нас и вновь что-то быстро зашептал Корвилу. Дерек кивнул и медленно повернулся.

Я тяжело сглотнула, встретившись с тёмным взглядом опасных чёрных глаз. Не знаю искра ли это была, но притяжение между нами никуда не делось, а наоборот возросло. Весь мир сосредоточился на этом мужчине.

— Идём, — тихо произнёс Лео, привлекая моё внимание.

Родители отказались сопровождать неразумную дочь в дальний путь, спихнув все обязанности на сына. Поцелуй в щеку от мамы, кивок от отца, вот и всё родительское благословение.

Но я была даже этому рада. Обстановка и так напряженная и незачем её нагнетать еще больше.

Опираясь о руку Леонарда и, поддерживая подол юбки, я спустилась по влажным ступенькам, дрожа от напряжения. Осенний ветер налетел из-за угла и ударил по лицу, выбивая воздух и взметнул юбки.

Небольшая передышка, для того чтобы поправить одежду и настроиться на встречу.

Мокрая жижа под ногами из снега и воды противно хлюпала под ногами и было скользко. Лео пришлось придерживать меня за локоть, не давая упасть.

И я всё время чувствовала взгляд Архольда, который заставлял нервничать и зябко поёживаться.

Чем ближе мы подходили к экипажу, тем сильнее билось сердце в груди. Когда до кареты и мужчин оставалось всего несколько метров, я прикусила губу, только сейчас сумев рассмотреть в серой дымке позднего утра лицо мужа.

Кровоподтёк на подбородке, ссадина на скуле, мелкие царапины, украшающие висок и смуглая кожа, которая сейчас была неприятного желтоватого оттенка. Как же ему досталось.

— Герцог Архольд, — произнёс Лео, когда мы подошли и сжал мою руку, призывая прийти в себя и вспомнить о манерах.

— Граф Элькиз, — ответил тот, и я заметила рассечённую губу, ранку которой покрывала тонкая корка, того и гляди лопнет, и тонкая струйка крови потечёт по подбородку. — Герцогиня."

"Надо было что-то сказать в ответ, спросить, как самочувствие, больно ли ему. Глупый вопрос. Понятно, что больно. Надо же показаться лекарю, ведь у герцога должен быть личный лекарь, обработать раны, а не стоять на ветру. Жаль, что искрящие не могут залечивать себе раны, это бы так упростило нашу жизнь.