— Да, милорд.

— Ты понимаешь, что твой проступок едва не уничтожил нашу семью?

— Но вернул Леонарду титул, — парировала в ответ, заставив поднять глаза и в упор посмотреть на мужчину. — Титул, который потеряли вы."

"Ахнула матушка, едва слышно хмыкнул брат, не сделав попытки вмешаться и это тоже приободрило.

— Забываешься.

Наверное, в этот момент он жалел, что слишком мало уделял внимания моему воспитанию и не успел пресечь непокорность на корню, сломав характер.

— Здесь написано, что с сегодняшнего дня я герцогиня Архольд, подданная другой страны, — кивнув в сторону газеты, произнесла в ответ.

Та, которую ему теперь не достать, как не старайся.

— Но через год всё закончится.

— И вы думаете, что я вернусь к вам?

— Селина, — подала, наконец, голос матушка. — Такое поведение недопустимо.

Я не стала отвечать. У нас разные представления о допустимости и приличиях, о семейных отношениях и о родительских обязанностях.

Слава Великим, в этот момент раздался стук в дверь и на пороге появился дворецкий.

— Прибыл герцог Архольд.

Никогда бы не подумала, что буду так рада его приезду.

Архольд не стал заходить в особняк.

Просто вышел из кареты, тёмным пятном застывшей у парадного входа, и стоял, вертя головой и внимательно осматриваясь, словно видел что-то невероятно интересное. Экипаж был крытым, удобным и аккуратным, но наёмным. Ни слуг и кучера в ливреи, ни яркого герба на дверце, ни цветов рода. Это было понятно, Дерек находился в чужой стране всего неделю и уже сегодня должен был уехать вместе с молодой женой, поэтому смысла покупать личный экипаж, четвёрку чистокровных лошадей из Эмират Баху, которые исконно славились своими жеребцами, и нанимать целый штат слуг не было. Я еще не вспоминаю о том, что животных надо было где-то держать и чем-то кормить.

Но несмотря на это карета была крепкой с виду и ухоженной, не то что обычные продуваемые ветром кэбы, которых в столице было очень много.

Застыв, на широком крыльце, вдохнув сырой, влажный воздух, я спрятала лицо в пушистом воротнике пальто и проследила за взглядом мужа, пытаясь понять, что так заинтересовало супруга.

Уныло зрелище.

Бесконечные лужи, в которых отражалось серое небо. Чёрных туч не было, само небо было серым и безликим на всей линии горизонта.

Грязь, уродливыми кусками чернела на дорожках, вымощенных плиткой с красивым орнаментом, сейчас что-либо рассмотреть было невозможно. Жалкие остатки серого снега на пожухлой гниющей листве. Это безобразное месиво даже снегом назвать было сложно. Торчащие в разные стороны кривые, уродливые ветки деревьев и кустарников. В круглой чаше небольшого фонтана на самом его дне острыми осколками в мутной воде лежал лёд.

Ничего интересного. Наоборот обстановка еще больше погружала в тоску и меланхолию.