— Эй, Гюльчатай! — машет он рукой и, поймав сердитый взгляд своей помощницы, сразу же поправляется: — Ладно-ладно, не сверкай так глазами… виноват, исправлюсь, Алёнушка! Начнем с того, что поможем тебе согреться первой. Видишь перед собой снеговика? Тебе нужно влюбиться в него, вот прямо сейчас. Начинай.

— В смысле? — цедит Алёна сквозь зубы, исподлобья глядя на своё начальство. — Я понятия не имею, как это сделать. Это снеговик, и он мне даже не нравится. Несуразный он какой-то. И морковка у него кривая.

— Не беда, — ухмыляется Боярка. — Этому горю помочь нетрудно, Алёнушка! Просто представь, что перед тобой не снеговик, а к примеру… ну, я! Такой весь классный, умный, красивый и всё такое. Представила?

— С трудом!

— А теперь положи свою нежную ручку ему на плечо и прижмись в соблазнительной позе…

Глядя на то, как Алёна выполняет инструкции Боярки и при этом поглядывает на него очень недобрым взглядом, я чувствую приступ неудержимого веселья. Всем своим видом она демонстрирует скорее ненависть к кривоносому снеговику, чем хоть толику симпатии.

— Так обнять? — бухтит она, обхватывая его шарообразный торс сначала одной рукой, а потом сразу двумя. — Или вот так?

— Эй, не обнимайся с ним так крепко! — с ухмылкой предостерегает Боярка. — Он не выдержит твоей страсти, милая! А я так вообще буду ревновать, хоть это и мой клон в снежном ви…

Договорить он не успевает. Алёна, вцепившаяся двумя руками в плотный снеговой ком, действительно слишком сильно навалилась на него. И в этот самый момент снеговик падает набок.

Ко всеобщему удивлению, падение он выдерживает без серьезных последствий. Разве что кривая морковка отлетает в сторону, оставив белоснежную физиономию с дыркой вместо носа.

Алёна подбирает ее и хмуро вертит в руках.

— Верни ее на место, — Боярка издает смешок. — Вот это темперамент у тебя, Алён!.. Не выдержал бедолага. Я же говорил, не наваливайся на него. Хотя… раз уж он теперь лежит… а давай-ка в таком виде и отснимем. Интересно что получится. И кстати! Силу страсти можешь больше не сдерживать.

— Не сдерживать? — злобно переспрашивает Алёна и, не глядя, с силой втыкает морковку в снеговика. — Ну ладно. Будет вам страсть.

Она выпрямляется и вызывающе водружает на грудь снеговика ногу, словно генерал, попирающий тело поверженного врага. Задравшийся подол алого платья наполовину обнажает ее стройное бедро.

— Ну как, Василий Андреевич? — проникновенно произносит она, демонстративно обращаясь к снеговику. — Нравится вам такая поза, когда я…

Внезапно наступает тишина. Я непонимающе смотрю на ее оторопелое лицо. Потом перевожу взгляд на снеговика под ее ногами, и меня буквально складывает пополам от смеха.