Большинство из них были чужими. Мощное нестерпимое желание обладать, удержать рядом, присвоить. Мучительный голод, яростная борьба с собой, со своей волей, решимость. Жесткие рамки самоконтроля и дисциплины. И страсть, темная, необузданная, почти маниакальная. Я резко выдернула ладонь, тяжело дыша. Сердце казалось, хотело выпрыгнуть из груди. Пару секунд я была полностью дезориентирована… Вот и спокойный. Вот и уравновешенный… Нет, больше никогда добровольно не притронусь к нему.

— Прости, — буркнул Грант, — в основном я держу все свои эмоции под контролем.

Я подняла голову и всмотрелась ему в лицо.

— Это так тяжело? — тихо поинтересовалась я… — мне жаль.

Грант дернулся как от пощечины.

— Не смей жалеть меня, — высокомерно и холодно произнес он, — мне не нужны ни твоя доброта, ни твоя нежность. Мне нужно только твое тело… И все… — отрезал он и вдруг сильно и резко притянул меня к себе, впившись в губы… Я даже ничего не успела сообразить, как меня полностью поглотил неистовый вихрь… Грант прижал меня так сильно, как будто боялся, что я сейчас исчезну или растворюсь. Как-будто это последний глоток воздуха в его жизни, как будто мир катится в пропасть, а я единственное основание, его незыблемая точка опоры… Мне даже мысли в голову не пришло перенестись, так я была сбита с толку и ошарашена.

Твердые жадные губы яростно терзали мои, мягкие и безвольные. Как дикий безумный зверь он поглощал и упивался, моей беспомощностью и растерянностью. Его крупное тело трясло лихорадочной дрожью от едва сдерживаемой страсти. Одной рукой он зарылся в мои волосы и прижимал голову к своей, другой — резко и сильно притиснул мои бедра к своим и я почувствовала животом каменную пульсирующую выпуклость. Язык хозяйничал у меня во рту, ритмично погружаясь внутрь, переплетаясь с моим, жадно выпивая мои всхлипы и стоны. Я забыла, как нужно дышать и не дышала вовсе. Я тихонько жалобно постанывала и неосознанно стремилась прижаться еще ближе, каждой клеточкой почувствовать твердое сильное тело, железные мышцы, восхитительно-горячую гладкую кожу. «Совершенно не так как с Алексеем-2» — мелькнула на краю сознания мысль… Меня с головой захлестнул водоворот его эмоций, чувств, желаний… Они переплелись с моими и Грант немного успокоился. Через некоторое время он понял, что я не исчезну, губы стали мягче и спокойнее, он покрывал почти нежными поцелуями мой лоб, глаза, брови. Крупные жесткие ладони обхватили мое лицо, как чашу с восхитительным напитком, мужчина пил меня и не мог напиться. Мое сердце грохотало внутри кузнечным молотом, я вдруг почувствовала себя живой и настоящей… Как человек, как земная женщина… Восхитительно мокрая, дрожащая, жаждущая. Что? Я жажду? Войну? Мысль заставила меня напрячься и прийти себя.